Пять ключевых художественных произведений об Израиле и Палестине

1. Комикс. Джо Сакко — «Палестина»

Сакко посетил сектор Газа в начале 1990-х как журналист, и написал фактически автобиографическую историю, репортаж от первого лица. История построена очень просто: минимум большой политики, максимум бытовой — и вовсе не идеализированной — жизни людей в Палестине. Минимальные, как он сам признается, знания о предыстории и ходе конфликта ставят автора в позицию наивного наблюдателя: сочувствующего, но и одновременно с этим слегка циничного, лишенного комплекса мессии или спасителя (разве что с мечтой получить «Пулитцер» за репортаж из горячей точки).

Одни литературоведы вспомнят здесь о приеме «остранения», когда автор вроде бы отдаляется от себя самого и смотрит на себя со стороны; другие — об автофикшене; третьи — о «военном туризме», потому что, конечно, именно этим американец Сакко и занимается на Ближнем Востоке. Проблема в том, что он этого и не скрывает, — и отсюда рождается вдвойне интересная оптика «колонизатора», осознающего «собственный колониализм».

2. Роман. Амос Оз — «Иуда»

Здесь пример обратный — не снаружи, а глубоко изнутри. Амос Оз — классик современной израильской прозы, ушедший из жизни в 2018 году. Всю свою жизнь (а Оз прожил 79 лет) писатель занимался политическим активизмом — и стоял на крайних левых позициях, требуя от правительства Израиля заключить мир с палестинцами. С 1960-х Оз называл евреев-поселенцев врагами человечества и неонацистами, посылал свои книги террористам в тюрьму и говорил: «Арабы сильно травмированы созданием Израиля… Палестинцы потеряли большую часть своей Родины. Это не “столкновение цивилизаций”. Это конфликт между сотнями тысяч людей, все из которых потеряли свои дома…»

Его так неоднократно называли, как и врагом Израиля, — а сам Оз врагами считает тех, кто произносит воинственные речи, и тех, кто в самом начале истории государства Израиль отказался пойти на компромиссы, и тем самым вверг народы в бесконечные круги взаимного насилия. По форме это разговорный роман идей: «старомодный», но в лучшем смысле этого слова.

3. Пьеса. Джей Ти Роджерс — «Осло»

Американский драматург Роджерс написал пьесу, посвященную процессу тайных переговоров в Норвегии в 1993 году: результатом тогда стало подписание «соглашений в Осло» премьер-министром Израиля Ицхаком Рабином и руководителем Организации освобождения Палестины Ясиром Арафатом. Позже они получат за них Нобелевскую премию мира. Потом Рабина убьет ультраправый активист, «защищая народ Израиля от соглашений в Осло», а Арафат фактически откажется от дальнейших переговоров и вернется к курсу на силовое давление (вторая интифада).

В пьесе, телеверсию которой сняли для HBO, переговоры только начинаются: со всех сторон там действуют идеалисты и патриоты «своих народов», реально желающие мира, — но на своих условиях. Это, конечно, грандиозное художественное допущение, которое вместе с примитивной структурой и наивной идеалистичностью персонажей делает «Осло» продуктом, максимально далеким от политической реальности. Но одновременно с этим — это именно продукт, и именно поп-культурный, и очень важно понимать, что именно так, годы спустя, массовая культура будет упрощать сложные исторические ситуации.

4. Блокбастер. Стивен Спилберг — «Мюнхен»

Формально это триллер, драма и боевик, экранизирующая реплику Голды Мейер «посылайте мальчиков». По легенде, так она поручила выследить и уничтожить террористов, ответственных за теракт на Олимпиаде в Мюнхене в 1972 году.

Картинку Спилберга ругали и палестинцы, чьи действия в фильме показаны однозначно, и представители Израиля, — не столько за отсутствие достоверности в изображении деятельности спецслужб, сколько за политическую ангажированность. Но ангажированности у Стивена Спилберга нет: есть лишь банальная драматургическая этическая дилемма. Но подана она всерьез, без скидок на чувства зрителя и желание хэппи-энда. Террористы, совершившие конкретный теракт, истреблены, — но на их место придут новые, и всё повторится снова. Что мы из этого вынесли? Да кто его знает.

5. Авторская анимация. Ари Фольман — «Вальс с Баширом»

Израильский режиссер Фольман воевал в Ливанской войне 1982 года; и в 2008 году выпустил анимационный фильм о воспоминаниях солдат-ветеранов той войны, посттравматическом синдроме, попытках примириться с прошлым. Это тоже автофикшен, и здесь тоже автора обвиняли: одновременно и в спекуляциях на войне и страданиях, и в отсутствии патриотизма и предательстве интересов Израиля.

Фильм квазидокументальный: анимационная форма вновь обеспечивает остранение, но и страшные события, о которых говорится в фильме, и персонажи существовали на самом деле.

ведь когда ты забыл свое страшное прошлое, проще двигаться в настоящем и будущем. Фольман заявляет, что «на той войне не было солдат, одни убийцы», но его позицию в ответ называют очень удобной: «Зачем нам нужны спецпропагандисты, комментаторы и пресс-секретари, работающие с информацией? У нас ведь есть этот вальс: “Мы стреляли со слезами на глазах”! И, о, как мы страдаем, хотя наши руки и не обагрены кровью. О, просветленный, прекрасный, но строгий к себе Израиль…»

Несмотря на критику (нежелания Фольмана погружаться в политической контекст ситуации. — Прим. ред.), уход в область общемилитаристского обобщения здесь кажется вполне естественным. Ведь в этом и состоит одна из главных сложностей «арабо-израильского конфликта»: это не одна война, а множество войн, одна внутри другой.