Фаза полураспада

Парламент накренился

9 июня в Бельгии окрестили «супервоскресеньем»: одновременно в стране происходили выборы в федеральный, региональный и европейский парламенты.

Победителем федеральных выборов с 16,71% голосов и 24 местами в парламенте стала правая партия консерваторов «Новый фламандский альянс» (N-VA), которая традиционно занимает большинство мест в парламентах Бельгии и Фландрии. Ее победа стала неожиданностью, потому что еще неделю назад все опросы показывали, что впервые в истории страны пальму первенства возьмут ультраправые популисты из партии «Фламандский интерес» (VB).

Партия «Фламандский интерес» и правда показала свой лучший результат на выборах (13,77% и 20 кресел в парламенте), но расчет на победу оставил неприятное послевкусие. Торжественные речи были отменены сразу после объявления результатов обработки первых протоколов. Лидер VB Том ван Грикен уже призвал N-VA не упустить «исторический шанс» сформировать фламандское большинство, несмотря на публичные отказы партии от какого-либо сотрудничества с популистами.

На третье место (10,26% и 20 мест) вырвалась правоцентристская партия «Реформаторское движение» (MR) из Валлонии, более бедного южного региона Бельгии, разговаривающего в основном на французском языке. MR обошли своих основных конкурентов из Социалистической партии (PS), впервые с 2007 года сместив политический маятник региона вправо. На четвертом месте (9,86% и 15 мандатов) расположилась крайне левая марксистская Партия труда Бельгии (PVDA/PTB).

Такие результаты представляют проблему для страны:

Нынешняя коалиция из семи партий суммарно получила 76 мест из 150. Однако председатель партии «Открытые фламандские либералы и демократы» Том Онгена уже заявил, что его политическая сила, из которой вышел действующий премьер Александр Де Кро, «не будет претендовать на участие в правительстве» после болезненного поражения на выборах: партия потеряла почти половину своих мест в парламенте.

Формирование правительства осложнится и дополнительными правилами внутри политической системы Бельгии. Например, Конституция страны гласит, что половина министров страны должна разговаривать на нидерландском, а другая половина — на французском языке.

Федерализация в абсолюте

«Бельгия — это не нация, это искусственное образование. Она разделена на две части, жители разговаривают на разных языках, терпеть друг друга не могут, не существует [единого] национального телевидения или газеты», — заявлял британский политик и соавтор брекзита Найджел Фарадж с трибуны Европарламента в 2018 году. И хотя этим заявлением Фарадж пытался объяснить, почему Британия поступила правильно, покинув ЕС, высказывание политика вполне точно отражает политическую ситуацию в Бельгии.

Государство действительно поделено на три автономные части, которые живут своей жизнью: говорящая на нидерландском языке Фландрия, франкофонная Валлония и двуязычный Брюссель как отдельный столичный округ. Говорят здесь на трех официальных языках: нидерландский, французский и немецкий. В самом Брюсселе существенная часть жителей — это экспаты, работающие в структурах ЕС или в других международных организациях, штаб-квартиры которых расположились в столице.

Вся эта пестрота осложняет жизнь как простым гражданам страны, так и местным политикам.

Для первых любое голосование носит обязательный характер. Официально за неучастие в нем полагается штраф (€40–80), а повторные правонарушения могут даже привести к лишению права голоса. И хотя на практике эти положения закона не применяются, рисковать мало кто хочет, и как результат — стабильно высокие показатели явки (87,42% на этих выборах).

Местным политиком быть тоже нелегко. Во-первых, потому что жители разных языковых сообществ могут голосовать только за партии, представленные в их регионе. Во-вторых, эти регионы настолько полярны политически, что договориться представляющим их партиям крайне сложно. Небогатая франкоязычная Валлония традиционно склоняется влево, к социалистам, тогда как экономически более успешная и прагматичная Фландрия тяготеет к правым силам.

Время независимости?

Планы разделения Бельгии на части существовали с самого основания государства в 1830 году. Таким образом, к этой теме политики возвращаются регулярно уже почти два века.

Сейчас этими идеями любят увлекаться силы на фламандском севере. Основные их аргументы экономические. ВВП Фландрии на 2022 год составляет €330 млрд при населении в 6,6 млн человек, а Валлония сильно отстает, обладая ВВП в размере €126.7 млрд и населением 3,7 млн. В период высокой инфляции и экономической неизвестности апелляция к экономическим аргументам за разделение страны работает лучше, чем обычно.

Именно на этом построила свою кампанию партия «Фламандский интерес» (VB). Пандемия и полномасштабное вторжение России в Украину пошатнули экономическую стабильность, а высокие цены и инфляция больно бьют по кошелькам бельгийцев, что привело к высокому уровню поддержки популистов, предлагающих простые ответы на сложные вопросы. В результате партия заняла второе место на федеральных выборах и первое место на выборах в Европарламент.

— заявлял представитель партии «Фламандский интерес» Филип Де Ман накануне выборов. Однако реалистичность этих планов вызывает сомнения.

Для начала партии нужно попытаться войти в правительство хотя бы внутри своего региона — Фландрии. Другие более традиционные политические силы выстроили вокруг VB «санитарный кордон», заявив, что не готовы ни в каком виде с ней объединяться. Основная причина этого — антииммигрантские, близкие к расистским взгляды лидеров партии «Фламандский интерес», но через запятую после этого идут и вопросы выхода региона из состава страны, статуса Брюсселя и будущего членства в ЕС.

При этом победитель этих выборов — партия «Новый фламандский альянс» (N-VA) — недавно сменила риторику. Отказавшись от изначального плана постепенного суверенитета путем переговоров и передачи власти, партия теперь выступает за более широкий уровень автономии Фландрии в составе Бельгии и переход к конфедерации. Эта смена курса, вполне вероятно, объясняется низким уровнем заинтересованности избирателей в настолько кардинальных изменениях в стране. Судя по последним опросам, только около 10% жителей Фландрии выступают за независимость.

Однако свой немалый процент голосов партия «Фламандский интерес» получила за лозунг «Фландрия снова наша!». Этот месседж хорошо работает для привлечения внимания, но не означает неминуемого распада Бельгии.

Пауза во внешней политике

Из-за своей сложной политической и социальной структуры Бельгия — мировой рекордсмен по количеству дней, проведенных без правительства.

пока политики не придут хоть к какому-нибудь согласию. Схожая проблема с формированием правительства возникла и в 2019 году, хотя тогда пауза ограничилась 493 днями, и в конечном итоге сразу семь партий вошли в кабинет министров.

Однако итоги выборов-2024 показывают, что в ближайшие два года Бельгия может установить новый мировой рекорд жизни без правительства: настолько фрагментированных результатов голосования не было очень давно. Пока партии будут снова договариваться друг с другом, в стране будет функционировать временное правительство с урезанными полномочиями, в том числе по вопросам внешней политики.

Именно при председательстве Бельгии в Европейском совете Брюсселю и другим европейским столицам удалось договориться, что эти деньги будут использованы для помощи Киеву. Правда, пока что только доходы, накопленные за два года управления российскими замороженными активами, но даже эта сумма обеспечит Украине в 2024 году дополнительно почти 3 млрд евро.

Кроме того, при Де Кро Бельгия активно поддерживала Киев и самостоятельно. Последний пакет помощи стоимостью €534 млн был передан Украине в феврале этого года. Кроме того, страна пообещала передать Киеву и истребители F-16, но отказала на днях в праве Киева использовать бельгийское оружие для ударов по целям на территории России.

В новое правительство Бельгии потенциально могут войти силы, не так однозначно поддерживающие Украину. Например, партия «Новый фламандский альянс», получившая наибольшее количество мест в Европарламенте, ранее сопротивлялась попыткам принять очередной пакет санкций ЕС. Это связано с экономическими интересами Фландрии: здесь, в городке Зебрюгге, располагается порт приема сжиженного природного газа, куда в том числе поставляет сырье Россия. Ультраправые националисты из партии «Фламандский интерес» и вовсе были неоднократно уличены в связях с российскими официальным лицами. А лидер ультралевой Партии труда Рауль Хедебау заявил на недавних дебатах, что его цель — это выход Бельгии из НАТО. Партия труда и раньше отказывалась голосовать в национальном парламенте за резолюции, осуждающие действия России в Украине.

Тем не менее трудно представить себе, что судьба Украины и отношения с Россией станут ключевыми факторами при формировании нового бельгийского правительства. Вопрос разделения страны или по крайней мере большей автономии ее частей — намного более горячий. Пока эти дебаты будут вестись, внешняя политика точно отойдет на второй план, а значит, у Киева на одного союзника в ЕС временно станет меньше.