«Мира, люстрации и свободы!»

Текст впервые опубликован на сайте проекта «Ветер».

«Дорогие друзья, я вам желаю в наступающем году, чтобы вам было хорошо. Вот такое идиотское с виду пожелание: как может быть хорошо, когда… (длинный список)? А вот так. Пусть хоть изредка, пусть час в неделю вы сможете побыть в той точке, где вам будет не страшно, не больно, не беспомощно, не стыдно, не мучительно. Это абсолютно необходимо, потому что из боли, страха, стыда мы не можем никому помочь, только сжираем себя сами (а и без нас в мире есть кому нас жрать!). Будем себе лучшими друзьями, хоть иногда, но будем. Поможем себе, чтобы помочь себе помочь кому-то еще! И спасибо всем, кто продолжает нас поддерживать. Всего вам самого лучшего! Ж. Б.». 109383, г. Москва, ул. Шоссейная, д. 92, ФКУ СИЗО-6 УФСИН России по г. Москве, Беркович Евгении Борисовне 1985 г. р. Или через сервис «Ф-письмо».

«Для любого человека, оказавшегося в сложной ситуации, важна поддержка. Это относится и к заключенным — не только к политическим, но и к любым вообще. Переносить тяготы лишения свободы куда как легче, когда есть кому позвонить и написать, когда знаешь, что на свободе тебя любят и ждут, когда родные приезжают на свидания, а друзья отправляют посылки. Тех, кого дома никто не ждет, кто не пишет писем и не получает передач, в тюрьме называют бедолагами. Их поддерживают всем коллективом, кто чем богат: одеждой, сигаретами, продуктами. Никто не должен оставаться один на один со своей бедой. Людям, пострадавшим за свои убеждения, особенно важно сохранить уверенность, что всё было не напрасно. Слова поддержки от единомышленников и сочувствующих помогают нам держаться в особенно тяжелые моменты. Всем, кто пишет письма и подписывает открытки политзаключенным, организует благотворительные вечера, ездит по судам, стоит в очередях с передачами, — одним словом, всем, кто поддерживает нас, я хочу сказать огромное человеческое спасибо за этот труд. Я хочу пожелать вам всем в новом году терпения, стойкости, душевного равновесия и как можно меньше новых адресатов — в последние годы их число только росло, но под Новый год всем нам хочется верить только в лучшее. И как знать, может быть, этот год нам принесет долгожданные перемены. С наступающим! Тамбовская область, поселок Зеленый, Дима». 393265, Тамбовская область, Рассказовский район, п. Зеленый, ул. Центральная, д. 6, ФКУ ИК-3 УФСИН России по Тамбовской области, Иванову Дмитрию Александровичу, 1999 г. р. Электронные письма можно отправлять через сервис «Ф-письмо».

«1. Я желаю всем вам, своим согражданам, возвращения свободы, которая уже присутствовала до прихода Путина и была задушена. Я не вижу иных способов ее возвращения, кроме военного поражения. Под таковым поражением я не имею ввиду оккупацию России и украинские танки на Красной площади. Считаю, что изгнание путинских орд хотя бы на позиции, на которых они находились до февраля 2022 года, уже будет считаться поражением для нашего диктатора. Не уверен, что это достаточное условие для восстановления нормальной жизни в стране, но точно знаю, что это условие необходимое. То есть без этого на восстановление здравого смысла рассчитывать точно не приходится. Должен сразу же сказать тем, кто упрекнет меня в отсутствии патриотизма, что именно поражение Германии и Японии в войне вывело их в лидеры цивилизованного мира. И в этом же состоит мое главное пожелание миру, в котором таким образом восстановится порядок и справедливость, на глазах которого диктатура будет повержена, а потенциальные диктаторы должны будут серьезно призадуматься о своих планах на успех, и, понятное дело, что это же мое пожелание относится и к моим землякам — славным украинцам, отстаивающим свою свободу и право жить среди свободных народов и быть частью свободного мира, да и сам этот мир спасающим. 2. Я очень благодарен всем тем людям, кто меня поддерживает. Я думаю, что все они стремятся к правде и справедливости. И думаю, что если всё, о чем я писал в предыдущем пункте, осуществится, то все мои «корреспонденты» будут очень довольны от того, что в битве Добра и Зла победит Добро. Ну и, понятное дело, личного счастья, личных успехов я желаю всем этим замечательным и бескорыстным людям, не способным мириться с торжеством зла. 3. Почему политзаключенным так важна поддержка? Кроме того, что поддержка важна всем людям, оказавшимся хоть в тюрьме, хоть на больничной койке, хоть в любом затруднительном положении, политзаключенным (мне, по крайней мере) важно понимать, что они не одиноки, что они не сумасшедшие, потому что еще существует много людей, разделяющих их убеждения. Которые не просто молча их разделяют, а заявляют о своей позиции и своей поддержке. Ведь почему я так любил массовые уличные акции? Потому что иногда под официальный «звон литавр», под громогласный «всенародный одобрямс», льющийся из каждого утюга, невольно закрадывается мысль: а может быть, со мной что-то не так, а все довольны, кроме меня? Может быть, я просто из ума выжил? И когда на улицы выходит огромное множество неглупых явно людей, разделяющих твою позицию, то с облегчением понимаешь, что дважды два всё-таки четыре, что уголь черный, а молоко белое, что бы ни трещали холуи из телевизора. <…> Всего самого доброго. С уважением, Михаил». 303900, Орловская область, п. Нарышкино, ул. Заводская д. 62, ФКУ ИК-5 УФСИН России по Орловской области, Кригеру Михаилу Александровичу, 1960 г. р. Электронные письма можно отправлять через сервис «Ф-письмо».

«Здравствуйте! Рядом с нами закрыли колонию, и несколько сотрудников оттуда поступили на работу в ИК-27, где я сейчас нахожусь. Один из них, майор, узнав о моей статье и о сроке, начал меня кошмарить. Постоянно обыскивал, забирал что-то по мелочи, не разрешал звонить домой, ко всему придирался, угрожал ШИЗО. Однажды мне пришли заказные письма, которые он вынужден был выдавать мне под роспись. Вскрывая и читая их, он всё больше менялся в лице. С каждой открыткой, с каждым добрым пожеланием он был растерян всё сильнее и примерно на середине он не выдержал и с испуганным видом спросил: “Да кто ты такой?” Ахах, я даже не сразу нашелся, что сказать. Очевидно, он не понимал, почему люди так много и с таким добром пишут столь “ужасному преступнику”, как я. “Давно ты сидишь?” — спросил тот сотрудник. Я ответил, что с 2017 года. “И тебя до сих пор помнят? Почему?!” И вот как объяснить ему, что Россия — это не только тюрьмы и охранники? Как рассказать, что в стране происходит не только то, о чем говорят в новостях по телевизору? Как донести до его примитивного мироощущения, что всё это время нас окружал мир, полный любви и солидарности? Что борьба и свобода — это ключевые аспекты человеческого существования? Что всё это время каждый из вас был и остается со мной, благодаря чему он и его коллеги не в силах сломать меня? Таких майоров в стране тысячи. И только благодаря вашим письмам и вниманию к политзаключенным охранники не могут самоутверждаться за наш счет, издеваться над нами и ломать нас. Спасибо всем, кто пишет мне, благодаря кому я чувствую, что я не один на один с товарищем майором. Тюрьма до сих пор не поселилась в моей голове, потому что мои мысли обращены не к тюрьме, а к вам. И сейчас я думаю только о том, чтобы наступающий год принес нам мир, люстрацию и свободу всем политзаключенным. С Новым годом, родные. Ваш Дмитрий Пчелинцев». 612815, Кировская область, Верхнекамский район, пгт. Лесной, ул. Лесозаводская, д. 5, ФКУ ИК-27 УФСИН России по Кировской области, Пчелинцеву Дмитрию Дмитриевичу 1992 г. р. Письма можно отправлять обычной почтой, а также через «Росузник» и сервис «Зонателеком».

«Я стою на вечерней поверке. Рабочий день закончен. В голове перебираю варианты того, как я могу разнообразить вечер, на что остается сил и что смогу успеть. Монотонность повседневности и однотипность обстановки вызывают усталость и пассивность. Нужны новые впечатления, необходимо движение. Из штаба ганстерской походкой выходит африканец Абу. «Шакурский! Эу! Пойдем!» Это значит: меня ждет цензор. Пришла почта. Данное осознание создает прилив энергии и позитивного предвкушения. Я расписываюсь в журнале за получение. Сразу же ловлю взглядом имена отправителей и их адреса. Самара, Пенза, Москва, Санкт-Петербург, Германия, Молдова, Канада… Новые имена, старые знакомые, рассказы, советы, рисунки, фото. Каждая строчка — это новые эмоции, новая энергия, это улыбка и осознание непрекращающейся связи с миром. Письма являются напоминанием политзаключенному о том, что он еще остается частью свободы, что он не затерян в дебрях далеких лагерей. Канат солидарности постепенно вытягивает заключенного из пелены тюремного бессилия и тоски, создавая поводы для вдохновения и мотивации. Вот такие эмоции испытывает каждый из нас, когда видит ваши строчки и имена на конвертах. Такое счастье и праздник создает ваш исписанный листочек и наклеенная марка. Жесты взаимоподдержки — это важный фактор не только связи с политзаключенными, но и единства всех людей. Мне кажется, что в простоте таких действий, в их искренности создается что-то божественное. Как правило, мы хотим верить и надеяться на то, что новые временные отрезки принесут нам перемены к лучшему, что чудо возвестит о себе из детских воспоминаний, что сказки наконец-таки станут былью и вместе с разрывом новогодних салютов сбудутся наши мечты. Поэтому в этом письме я хотел бы напомнить о том, что для кого-то счастьем и радостью является знакомство с вами, спасением и бодростью — ваша улыбка. Дарите друг другу нити любви, дружбы и солидарности. Запускайте фейерверки, ведь в их красках сбываются мечты! Илья». 431200, Республика Мордовия, Теньгушевский р-н, п. Барашево, ул. Клубная, зд. 2, ФКУ ЛИУ-3 УФСИН России по Республике Мордовия, Шакурскому Илье Александровичу, 1996 г. р. Электронное письмо можно также отправить платно через систему «ФСИН-письмо» или бесплатно через сайт «Росузник».

«Поздравляю всех с наступающим 2025 годом. Я хочу пожелать всем тем, кто пишет письма нам, политзаключенным, чтобы вы получали в ответных письмах отклик, чтобы вы чувствовали, что ваше участие и ваша поддержка приносит свои плоды. Цензура, запрет писем — это одна из уловок режима. Ведь письма как никто поддерживают тех, кто в заточении. Когда человек попадает в такую среду, он думает только о своей беде, и это сжирает его изнутри. Именно поэтому письма с воли так важны — чтобы люди не чувствовали себя в тюрьме или колонии одинокими, чтобы не замыкались на себе, не думали только о своей беде, о сроке, о сопутствующих проблемах. А думали о людях, об обществе. Отвечая на письма, человек в неволе реализует себя. Письма дают ему возможность продержаться и остаться человеком. Я стараюсь всем, кто мне пишет, отвечать. Это для меня духовная работа. Я с письмами — простите за тавтологию — духовно расту. Самое главное, что я желаю в новом году, — изменений в стране и в людях. Чтобы ваши мечты сбывались. Чтобы незаконно осужденные выходили на свободу. Ваш Евгений Мищенко». 127081, Россия, Москва, Вилюйская ул., 4, СИЗО-4 УФСИН по г. Москва, Мищенко Евгению Олеговичу, 1974 г. р.

«Вечер в хату! Можно считать это новогодним посланием. Встречаю уже четвертый тюремный Новый год, и в каждый из канунов приходилось писать, наверное, десятки поздравлений и всего такого на письма, что приходили ко мне с поздравлениями. Этот раз, наверное, станет пиковым. В том плане, что все пожелания скорейшего освобождения, последнего Нового года в тюрьме собирались такой лавиной и неслись через четыре года к этому вот моменту, когда следующий год действительно должен стать последним, а освобождение через полтора месяца действительно скорейшее, как минимум по тюремным меркам. Конечно, хочется пожелать всем, кто взаперти, чтобы их смела точно такая же лавина и они обнаружили себя на краю дня и ночи. Точнее, ночи и дня, ну, вы поняли. А тем, кто на свободе, я могу в первую очередь пожелать жить полной жизнью, перевру Воннегута и скажу, что самое главное последствие тотальной несвободы состоит в том, что люди в конце концов разочаровываются в героизме. И хочется надеяться, что в каждом человеке в этом новом году будет теплиться чувство, что в нужную минуту он может стать тем героем, что отодвинет войны, репрессии и прочие нехорошие явления на задворки истории. После ареста, где ты намеренно хочешь прокрутить несколько лет жизни, мне очень тяжело смотреть на людей, которые делают точно так же, но в просторе свободы. Хочется надеяться, что каждый в этой жизни найдет то, зачем он счастлив будет остановить мгновение и оставить свой огонек в океане сутолоки. Короче, счастья, здоровья, исполнение заветного и просто обывательского чувства, что можно ни за что не переживать. Ведь, наверное, в наше напряженное время нет ничего слаще, чтобы все оказались в моменте всеобщего вздоха облегчения, что миновало нечто плохое и можно просто жить. Если еще короче, живите и творите. Я никогда не мог представить, что буду кому-то желать обывательского счастья, а то осознанную часть жизни был и, может, всё еще есть таким всем из себя контркультурщиком, активистом, для которого вся жизнь обязана быть перманентным творческим процессом и активным позиционированием себя в этой жизни. А потом на второй год в тюрьме лежишь на шконке и думаешь, блин, было бы неплохо на освобожухе пару недель потусоваться в гедонизме турецкого all-инклюзива, чтобы хоть на это время ничего не думать, а потом опять, как всегда, заниматься всем вот этим типичным для России. Хотя после событий в феврале 2022 года мне все такие мысли о временном безвременье напрочь перерубило и стало думаться, что если отдохнуть, то в спокойные времена, чего и всем желаю, как и провести этот новый год так, как вы этого хотите, точнее, в той идиллии, о которой мечтаете, чтобы у вас в 22.00 по отбою не отключили радио и свет, как у меня было в Кудымкаре, но для порядка скажу, что доесть праздничный ужин нам всё-таки дали, как и за чашкой чифира пожелать освобождения на тот новый 2023 год. Поднимать шнифт и гнать на спать начали только в 23.00, а о наступлении Нового года мы узнали, лежа на шконках и наблюдая за салютом, что запускали из каждого двора частного сектора, который окружал тюрьму. Также надеюсь, что вам не надо было в напряжении сидеть за столом вдоль какой-нибудь казармы, как это было у меня в 2020 год, и ждать, когда уже придет поздравлять командир бригады, и до этого момента ритуально механически праздновать и ничего не есть, потому что без командира бригады есть нельзя. Я просто всегда тюремные новые годы сравниваю с армейскими. На срочной службе нас обязали быть в расположении, ради этого пришлось даже пролазить в дыре в заборе. Короче, просто хочется надеяться, что вы в свой праздник не поднадзорный, не обязанный по долгу службы и вы точно не в казенном окружении, если вы, конечно, не хотите быть в этих условиях, а с семьей и близкими, людьми, которые просто хотят быть рядом с вами, что вы не прикованы к четырем стенам или определенным территориям, если, опять же, только сами этого не хотите, и что можете быть просто счастливы быть здесь сейчас, перетянуться куда-то за забор и колючую проволоку. Короче, с Новым годом!» 196641, г. Санкт-Петербург, п. Металлострой, Северный проезд, д. 1, ФКУ ИК-5 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Крисевичу Павлу Олеговичу, 2000 г. р. Электронные письма можно отправлять через «Ф-письмо».

Вы можете написать письмо Ольге Меньших по ФСИН-письму.  Адрес: 109383, г. Москва, ул. Шоссейная, д. 92, ФКУ СИЗО-6 УФСИН России по г. Москве, Меньших Ольге Сергеевне, 1964 г. р. «Знаете, дело мое абсолютно абсурдное. Я до сих пор уверена, что дело не в каких-то постах, которые не были полностью написаны мною. Они [следователи] их дополнили, подогнали к закону. И сделали это, как я уверена, чтобы отомстить мне за “конфликты с руководством”. То, что я против войны, я никогда (никогда!) не скрывала, нигде. Вопросы ваши очень простые, но и очень сложные одновременно. Поддержка с воли помогает. Спасибо. Иногда мне кажется, что пишут совсем молодые люди. Из Томска, Сургута, Тюмени (написала милая девочка), присылают подарки. Коллеги прислали учебник «Анестезиология». Очень мило и грустно. Ведь всё, я уже никогда не буду работать. Мы, взрослые, так мало хотели в своей жизни: путешествовать, читать книги, стихи, немножко поработать еще, немножко мир посмотреть, культуру других стран, язык поучить... Кое-что можно и в тюрьме делать. Но наш маленький мирок разрушили. Я удивляюсь и радуюсь, что много людей умеют отличать белое от черного, что их не удалось обмануть и запугать. В эти моменты (когда получаю письма) я верю, что ростки живые пробьют бетон зла, тупости, пошлости. Я написала о своих маленьких мечтах, и сердце сжалось от жалости к людям, к которым война пришла в дом. Что уж мне жаловаться??? Людям, которые мне пишут, я желаю верить, что морок пройдет, не впадать в депрессию от происходящего. Больше читать, любить жизнь. То, что сейчас у нас в стране, — это не жизнь, надо не забывать, какая она — настоящая жизнь. И помнить ее. В Евангелии от Марка есть рассказ о смоковнице. Она засохла в одночасье, как только Иисус понял, что от нее не будет добрых плодов. Вот этого я боюсь. Мы все в большой беде. Все — кто в системе и кто наказан системой, кто за войну и те, кто за мир. Нельзя ложь выдавать за правду. Поэтому желаю, чтобы народ мой не стал этой засохшей смоковницей, никому не нужной. Простите за сумбур. Помните, как у Цоя «Я проснулся и понял: беда»? Я хочу, чтобы начался исход, устала от безысхода. Хочу исход к свету, к правде, к доброте, к счастью. Столько людей умерло, не дожив до этого. Но кто-то должен. Хотя надежды мало, но идти надо. С уважением и благодарностью к людям, которые меня поддерживают. С надеждой на избавление от рабства и морока, Ольга Меньших. P. S. Сердце холодеет от того, что мы натворили. Так я смотрела на человека, который умирает и не было надежды его спасти. Страх, безысходность, боль, тоска. Чудо, нас спасет чудо и вера. Ты есть Бог, твори чудеса. Хочу, мы чтобы увидели свет в конце тоннеля».

И наконец, поздравление от еще недавнего политзека, который в этом году стал участником большого обмена, — Владимира Кара-Мурзы: «Дорогие друзья, от всей души поздравляю вас с наступающим 2025 годом! Пожелание одно — скорейших перемен. Мы знаем, что в России они всегда происходят внезапно и неожиданно, и предшествует им, как правило, период “самой темной ночи”. Вспомним “мрачное семилетие” в конце правления Николая I, последние годы Сталина с новым витком репрессий, “андроповщину” в начале 80-х. Что было дальше, мы знаем. Сама история учит нас: никогда нельзя терять надежду на рассвет. И когда кажется совсем темно, он уже ждет за поворотом. А еще хочу сказать огромное спасибо всем, кто пишет политическим заключенным. Для людей, находящихся в застенках (я знаю, о чем говорю), эта поддержка с воли жизненно важна. Никакими словами не выразить, сколько света, тепла и надежды вмещается в этот листок бумаги, который надзиратель протягивает через «кормушку» камеры. И в праздники, когда в тюрьме тоскливее всего, это особенно важно. С Новым годом! И скорейшего рассвета. Он обязательно будет. Владимир Кара-Мурза».