Достаточно незаметно для всех с 1 января нового года в России заработали поправки к закону о геномной регистрации. Среди не очень существенных изменений, уточняющих терминологию, есть весьма важное, которое расширяет список лиц, подлежащих этой процедуре. Отныне в базу ДНК-данных можно попасть за совершение не только тяжкого уголовного преступления, но и административного правонарушения. Разбираемся, зачем государство собирает генетическую информацию о нас и как сможет ее использовать.

В чём суть закона и какие изменения в него внесли?

Федеральный закон «О государственной геномной регистрации в РФ» № 242-ФЗ был принят в России еще в 2008 году. Закон предусматривал создание федеральной базы ДНК-данных, а также регламентировал круг лиц, подлежащих обязательной геномной регистрации. Изначально в него входили осужденные за совершение тяжких преступлений, а также всех преступлений, связанных с половой неприкосновенностью. Кроме того, сбор генетической информации должен был помочь в розыске пропавших без вести и в опознании неизвестных трупов.

В 2023 году этот круг расширили и включили в него не только осужденных за тяжкие преступления, но и подозреваемых в их совершении. Внесли изменения и в статью, регламентирующую получение и использование биоматериала. Прежде этим должны были заниматься учреждения судебно-медицинской экспертизы, входящие в государственную систему здравоохранения, а по новым правилам это стало задачей органов внутренних дел.

С 1 января 2025 года список стал еще обширнее. Отныне процедура обязательной геномной регистрации применяется также для лиц, подвергнутых административному аресту, — то есть за административные правонарушения, которые регламентируются соответствующим кодексом (КоАП)

Как пояснил юрист на условиях анонимности, в КоАП около 30 статей, по которым предусмотрено наказание в виде административного ареста. Среди них оставление водителем места ДТП, неуплата в срок административного штрафа, появление в общественных местах в нетрезвом виде, мелкая кража — до 2500 рублей или мелкое хулиганство. Но особое внимание вызывает статья, предусматривающая административное наказание за неповиновение законному распоряжению сотрудников силовых структур, в том числе повторное неповиновение организаторов и участников митинга, демонстрации, шествия, пикетирования.

Интересно, что эти поправки обсуждались еще пять лет назад, но так и не были приняты.

Правозащитники тогда предупреждали, что такое расширение геномной базы открывает огромные возможности для контроля за гражданами и для злоупотреблений.

Что такое геномная регистрация?

Это взятие образца генетического материала и включение его в специальную базу.

Как известно, геномная последовательность нуклеотидов ДНК уникальна — для каждого человека она своя. Кроме того, этот показатель не меняется в течение всей жизни и не зависит от типа клеток, из которых был выделен генетический материал. Собственно, на этом свойстве основаны все генетические экспертизы, которые позволяют идентифицировать личность.

Как это используют в правоохранительной системе?

Генетические доказательства — это серьезное подспорье в процессе расследования преступлений.

— Как правило, криминалисты сравнивают ДНК с места преступления или улик с ДНК подозреваемых или со всей совокупностью ДНК-профилей в базе данных, чтобы определить, кто мог и кто не мог оставить ДНК, связанную с преступлением, — поясняет генетик Дмитрий Прусс из Солт-Лейк-Сити. — В последние годы ДНК с мест или объектов преступлений также используют для предсказания фотороботов подозреваемых и даже для генеалогического поиска преступников (не путем сравнения с генетическим профилем самого подозреваемого, а через сравнение с базами данных по генетической генеалогии и родословными деревьями людей, разместивших свои ДНК-профили в этих базах).

Первое уголовное дело, в котором благодаря методу молекулярной диагностики удалось доказать невиновность осужденного, состоялось еще в 1986 году в Англии. Здесь же спустя несколько лет была создана и первая национальная база данных ДНК. Обширными массивами данных располагают также США, Китай, Франция, Германия, Австралия, Австрия, Канада, ЮАР и Швейцария.

Современные технологии позволяют исследовать генетический отпечаток, оставленный на месте преступления. А включение генетических данных, взятых у обвиняемых или только подозреваемых в совершении преступления, в специальный реестр дает возможность сопоставить эту информацию с отпечатками.

Во всём мире данная информация считается очень чувствительной, поскольку раскрывает практически полную информацию о человеке, таким образом нарушая принципы неприкосновенности частной жизни. Поэтому при создании подобных баз государства руководствуются документами, в которых установлены основные принципы биоэтики: Всеобщей декларацией по биоэтике и правам человека 2005 года, Международной декларацией о генетических данных человека 2003 года и Всеобщей декларацией о геноме человека и правах человека 1997 года.

Как правило, генетическая информация в таких базах хранится в анонимном виде, и учетная запись содержит лишь данные о поле, возрасте, этническом происхождении донора образца. Законодательства строго регламентируют круг лиц, имеющих право идентифицировать носителя этих данных. Такое разграничение доступа к информации позволяет предотвратить коррупцию и подмену генетической информации.

Как получают образец с генетической информацией?

Для этого достаточно получить любой биоматериал человека (его ткани, клетки, жидкости), из которого и выделяют ДНК.

Самый наглядный пример этой процедуры — взятие мазков из горла и носа при сдаче ПЦР-тестов на ковид. Только в одном случае мишенью является геном коронавируса, а в другом — человека.

Другой типичный способ сбора биоматериала с ДНК — это засушенный мазок капельки крови, собранной при проколе кожи иголочкой. Именно засушенные мазки крови сегодня являются стандартом образцов биоматериала в РФ.

Для анализа используется не вся ДНК, а лишь небольшие ее участки — так называемые STR-локусы (от англ. — short tandem repeat, что дословно означает короткий тандемный повтор), которые представляют собой небольшие повторяющиеся одинаковые последовательности ДНК, состоящие из 2–5 «букв» — нуклеотидов. У каждого человека количество повторов в каждом участке разное, и эти цифры уникально характеризуют каждого человека, потому эти участки и используются как генетические маркеры для создания профиля ДНК.

Обычно используется 16 маркеров-локусов плюс маркер пола, которые записываются в виде многозначного числа. Получается своего рода индивидуальный генетический код.

О чём расскажет генетическая информация?

— Наборы STR-локусов полезны для одной цели, — рассказывает генетик Дмитрий Прусс. — Если на месте преступления или при обыске нашлась ДНК неизвестного, то можно сравнить с базой и узнать, не «засветился» ли кто-то из уже известных преступников.

В странах со слабым правовым режимом можно использовать подложные или грязные результаты с места преступления, чтобы посадить невиновных по принципу «профиль совпал частично, засчитываем».

Но собранный биоматериал человека можно использовать и другими способами. В ДНК человека есть еще один важный генетический маркер — однонуклеотидный полиморфизм, который принято называть СНИП (в переводе с английского Single nucleotide polymorphism, SNP).

— Сила СНИПов в том, что их за один прием можно читать сотнями тысяч и даже миллионами, в отличие от STR, которых за раз можно измерить лишь горстку, — поясняет Дмитрий Прусс. — Поэтому СНИП-технологии позволяют гораздо большее, чем просто сравнить два профиля и удостовериться, одному и тому же человеку они принадлежали или нет. Миллион СНИПов позволяет не просто сравнить профили на идентичность, а еще и вычислить степень кровного родства между ними. Не просто подтвердить генетический пол человека, а еще и предсказать национальность и даже места рождения предков, указать на множество факторов, связанных с внешним видом, состоянием иммунной системы, риском множества болезней. Поэтому именно СНИПы, а не STR, применяются сегодня в медицине, в изучении этногенеза и для поисков забытых дальних родственников.

Где здесь поле для злоупотреблений?

— На первый взгляд может показаться, что действующий закон РФ, концентрирующийся на «фрагментах ДНК», не дает государству возможности читать СНИПы, — говорит генетик Дмитрий Прусс из Солт-Лейк-Сити. — Но, строго говоря, это не так: даже единственную букву ДНК можно считать фрагментом, просто очень коротким. А уж с точки зрения технологии сегодняшнего дня, всё вообще прямолинейно: чтобы прочитать СНИПы на современном чипе для анализа ДНК, как раз и используются сегменты длиной от 60 букв и более, содержащие искомый СНИП. А даже если бы закон как-то это ограничивал, трудно ли будет закон изменить? В условиях, когда собранные у людей биоматериалы с ДНК хранятся долгими годами, провести дополнительный анализ ДНК более современными технологиями, увы, никогда не поздно.

Современные СНИП-чипы содержат около миллиона позиций и позволяют узнать очень многое. Если, например, неизвестный состоит в родстве с человеком из базы геномных данных, то это видно сразу. Если из того же аула, что и несколько других людей в базе, тоже. Это помогает раскрыть личность подозреваемых. Но в результате у кого-то взяли ДНК в базу, а подставили родственников и земляков.

Кроме того, можно узнать, каким болезням подвержен человек и даже подобрать индивидуально яды или патогены.

Можно найти родственников, шантажировать внебрачными связями или инцестом родителей. Можно дискриминировать при приеме на работу или учебу, если будущие болезни не подходят к профессии.

Можно лишить страхования жизни или водительских прав.

Поделиться
Темы
Больше сюжетов
«Если хочешь зарабатывать, ты должна искать тех, кому от 18 до 21»

«Если хочешь зарабатывать, ты должна искать тех, кому от 18 до 21»

Как дочь челябинского депутата, основатель сайта «Мода.ру» и пиарщик из Балашихи помогали Эпштейну искать российских моделей

«Они вламываются в наши закрытые двери»

«Они вламываются в наши закрытые двери»

С начала войны ЛГБТ-люди в два раза чаще становятся жертвами подставных свиданий. Силовики неохотно расследуют такие дела, а иногда даже крышуют преступников

Как хотят наказывать за «отрицание геноцида советского народа»

Как хотят наказывать за «отрицание геноцида советского народа»

«Новая-Европа» разбирается в новом законопроекте, жертвами которого могут стать журналисты, историки и учителя

Джей Ди Вэнс едет на Южный Кавказ

Джей Ди Вэнс едет на Южный Кавказ

Каковы интересы Америки и какие новые геополитические смыслы обретает регион?

Маменькин сынок

Маменькин сынок

История «сибирского потрошителя» Александра Спесивцева

Разведка в Абу-Даби

Разведка в Абу-Даби

Кто такой Игорь Костюков — начальник ГРУ, возглавивший российскую делегацию на переговорах по Украине

Друзьям — деньги, остальным — закон

Друзьям — деньги, остальным — закон

Кто получает путинские гранты: от больницы РПЦ до антивоенных активистов

Три миллиона файлов по делу Эпштейна

Три миллиона файлов по делу Эпштейна

Трамп и другие контакты: что удалось обнаружить в новом и, возможно, последнем крупном массиве документов?

Поймай меня, если сможешь

Поймай меня, если сможешь

«Марти Великолепный» с Тимоти Шаламе — один из лучших фильмов сезона, рассказывающий историю об игроке в пинг-понг как криминально-авантюрную сагу