Отъезд вместо раскола

В 1970-е годы, когда мир погрузился в тяжелый энергетический кризис, лидеры крупнейших западных экономик того времени стали встречаться раз в год для обсуждения экономических вопросов. Со временем этот формат получил название «Большой семерки», а в 1980-е годы к обсуждению на этой площадке добавились и политические вопросы.

Пятидесятый саммит G7 в канадской провинции Альберта, в местечке Кананаскис собрал традиционно внушительный состав мировых лидеров. В середине июня сюда съехались лидеры семи постоянных членов клуба — Великобритании, Германии, Италии, Канады, США, Франции и Японии, — главы Еврокомиссии и Евросовета, генсеки НАТО и ООН. Приглашение получили и формально не входящие в клуб государства — Индия, Австралия, Бразилия, Мексика, Южная Африка и Южная Корея, а также Украина.

Трамп больше не пугает

В последние три года G7 стала важной площадкой для укрепления западной поддержки Украины в войне с Россией. В 2022 и 2023 году здесь удавалось согласовать усиление санкций против Москвы и увеличение объемов поддержки Киева, а в 2024 году было достигнуто принципиальное соглашение об использовании замороженных российских активов для выделения Украине кредитов на сумму около 50 млрд долларов.

Однако в этот раз обсуждение украинской тематики и прочих вопросов пошло совсем не так, как предполагалось изначально. Во-первых, потому что всего за несколько дней до начала саммита Израиль начал военную операцию против Ирана, которая перетянула на себя внимание лидеров стран-участниц саммита. Во-вторых, в этом году США в «Большой семерке» представлял Дональд Трамп.

Еще во время первого президентского срока Трампа саммиты G7 сопровождали скандалы.

А год спустя Эмманюэль Макрон, принимавший саммит во французском Биаррице, заранее объявил, что итогового коммюнике не будет, потому что с Трампом не удалось согласовать целый ряд формулировок по темам, которые, кстати, остаются актуальными и сегодня, — торговля, климат и Иран.

Теперь к памяти о прошлых саммитах добавилась и хаотичная атмосфера последних пяти месяцев, прошедших с повторного вступления Трампа в должность президента США. За это время он сделал немало громких заявлений и по пошлинам, и по присоединению Гренландии, и по примирению России и Украины, но существенных действий за ними не последовало. В Европейском совете по международным делам (ECFR) подсчитали, что с конца января по май хозяин Белого дома успел 22 раза пригрозить применением военной силы, но реально США атаковали лишь йеменских хуситов. По крайней мере, пока что.

Осознав, что слова Трампа часто остаются лишь словами, остальные страны G7, в течение зимы явно шокированно выслушивая различные заявления главы Белого дома и опасаясь на них реагировать, в последние недели действовали более решительно.

Так, очередная порция пошлин, которыми Трамп в начале июня обложил сталь и алюминий из стран ЕС, вызвала у европейцев довольно сдержанную реакцию: они подали жалобу в ВТО и пообещали ответить, но так и тогда, когда сочтут нужным, — разве есть гарантии, что через какое-то время Трамп не передумает и не отменит или отложит их?

Фридрих Мерц в ходе своего недавнего визита в Вашингтон пошел наперекор главе Белого дома, подчеркнув, что Москву нужно заставить сесть за стол переговоров за счет расширения помощи Киеву, тогда как Трамп рассуждал о том, что Россия и Украина — как два заигравшихся мальчишки, которым нужно дать подраться как следует, прежде чем мирить. А Эмманюэль Макрон по дороге в Канаду посетил Гренландию, заявил, что остров «не продается», и заверил его жителей, что они «не одиноки». Кроме того, он отверг недавнее предложение Трампа о том, что посредником в конфликте между Израилем и Ираном может стать Владимир Путин, «который сейчас сам вовлечен в конфликт высокой интенсивности и уже несколько лет не соблюдает Устав ООН».

За неделю до саммита G7 новый премьер Канады Марк Карни на французском, а не английском сказал, что Вашингтон уже не является доминирующей силой в мире и что США «начинают монетизировать свою гегемонию, вводя пошлины за право доступа на свой рынок и сокращая свой вклад в нашу коллективную безопасность». В конце мая он и вовсе выразил надежду, что Канада сможет присоединиться к озвученному Брюсселем плану перевооружения ЕС, что позволит ей уменьшить свою зависимость от поставок вооружений и амуниции из США. В Канаде «75 центов с каждого доллара, потраченного на оборону, уходят в США. Это неразумно», — пояснил премьер.

Да и повестка, которую хотели обсуждать на саммите американцы и европейцы, была совершенно разная — Трамп ставил во главу угла тему глобального противостояния с Китаем, тогда как лидерам Великобритании, Германии, Италии, Франции и ЕС было намного интереснее обсуждать урегулирование трансатлантических споров, разгоревшихся из-за американских импортных пошлин, и прекращение войны в Украине.

Избегая скандала

Тем не менее, при всех разногласиях между США и другими участниками саммита Канада как принимающая сторона надеялась, что даже если G7 не придет к каким-то важным соглашениям, ей хотя бы удастся избежать скандалов. Неслучайно Марк Карни последовал примеру Макрона в 2019 году и еще до начала саммита дал понять, что традиционного единого итогового коммюнике не будет. Еще в конце прошлой недели западные СМИ распространили информацию о том, что стороны должны были ограничиться отдельными декларациями, в которых не должны были упоминаться самые острые вопросы вроде войн в Украине и в Газе.

Шансы на смягчение противоречий давал и тот факт, что на саммит приехали сразу несколько лидеров, которых международные СМИ называли «нашептывателями» (whisperers) Трампа, т. е. теми, кто пытается наладить мосты между Старым Светом и президентом США, — «Новая-Европа» ранее составляла список всех тех, кто претендует на роль таких посредников.

Однако надежды на то, что саммит пройдет без скандалов, не оправдались.

Затем он отказался подписать совместную декларацию с призывом к деэскалации конфликта между Ираном и Израилем, а в конце первого рабочего дня и вовсе уехал обратно в Вашингтон.

Эмманюэль Макрон попытался сохранить видимость нормальности, предположив, что американский президент покинул Канаду, чтобы заняться выработкой соглашения о перемирии между Израилем и Ираном, тем более, что и пресс-секретарь Трампа Кэролин Ливит мотивировала его отъезд именно событиями на Ближнем Востоке. Однако хозяину Белого дома такая версия не понравилась. Макрон «понятия не имеет, почему я еду в Вашингтон», написал он в сети Truth Social, заодно обвинив своего французского коллегу в стремлении к саморекламе и подчеркнув, что тот «всегда ошибается». А уже на борту президентского самолета он сказал: «Мы сделали все, что должны были, на саммите. Хороший был саммит».

Отталкиваясь от бизнес-логики американского президента, для США саммит действительно прошел неплохо. Вашингтон заключил торговое соглашение с Великобританией и договорился в течение 30 дней подписать двустороннюю сделку с Канадой по вопросам торговли и безопасности. Трамп заявил, что Оттава хочет присоединиться к американскому проекту противоракетной обороны «Золотой купол», но ей придется заплатить за это 71 млрд долларов, — впрочем, канадские официальные лица отказались это комментировать.

В текущих обстоятельствах они связаны прежде всего с ситуацией на Ближнем Востоке: европейские лидеры хотя и выразили поддержку действиям Тель-Авива, но все же продолжают добиваться деэскалации, в то время как Трамп раздумывает, не стоит ли Вашингтону впрямую поучаствовать в войне на стороне Израиля, чтобы потом объявить себя главным победителем в конфликте.

Украина на обочине

Однако скорый отъезд Трампа с саммита, хотя и предотвратил усугубление публичного скандала, но также не позволил европейцам добиться существенных подвижек по другим ключевым для них вопросам в отношениях с Вашингтоном.

Во-первых, это 50-процентные американские пошлины, которые Трамп грозил ввести против ЕС с 1 июня, но потом отложил до июля. Пока ситуация остается в подвешенном состоянии — Брюссель и Вашингтон продолжают переговоры, и, по сообщению Reuters, ЕС готов согласиться на введение 10-процентных пошлин для своих товаров, экспортируемых в США, и на отмену тарифов для ввозимых в ЕС американских автомобилей, лекарств и электронных товаров, но окончательного соглашения еще нет.

Во-вторых, это российская агрессия против Украины.

Среди прочего речь должна была пойти о дополнительных механизмах использования замороженных российских активов для помощи Киеву, о выделении дополнительной помощи со стороны стран Запада и о мерах давления на Россию с целью принудить ее к прекращению боевых действий. В частности, европейцы планировали обговорить снижение ценового потолка на закупку российской нефти с 60 до 45 долларов за баррель, против которого США выступили буквально накануне саммита.

Кроме того, 17 июня должна была состояться личная встреча Трампа с Зеленским. После скандала, произошедшего в Овальном кабинете в конце февраля, два политика сумели восстановить отношения на короткой встрече в Ватикане, во время похорон папы римского Франциска. Украинский президент возлагал большие надежды на новую встречу в ходе саммита — ведь, как показали последние месяцы, для Трампа очень важны личные контакты, и он зачастую радикально меняет свою позицию под влиянием от последнего разговора, как, например, это произошло в конце марта, когда американский президент резко высказался о Путине через несколько часов после встречи со своим финским коллегой Александром Стуббом, который призвал его поставить России ультиматум о прекращении огня в Украине.

В итоге Зеленскому не удалось увидеться с Трампом. Однако он уехал из Канады не совсем с пустыми руками. Марк Карни объявил о новом кредите Украине в размере 4,3 млрд канадских долларов (3,16 млрд долларов США), из которых чуть меньше половины предназначаются для закупки дронов, бронемашин и боеприпасов, а оставшиеся средства пойдут на восстановление инфраструктуры. Как отметил канадский премьер, этот кредит будет покрыт за счет процентов с замороженных российских активов в Европе.

Кроме того, Карни сообщил, что в ходе переговоров в понедельник, еще до отъезда Трампа, лидеры «Большой семерки» подчеркнули важность оказания «максимального давления на Россию», чтобы заставить ее начать серьезные мирные переговоры. У Фридриха Мерца эти разговоры вызвали «осторожный оптимизм»: он надеется, что в ближайшее время США наложат дополнительные санкции на Россию.

Скромные итоги

Отъезд Трампа, конечно, произвел сильное впечатление, но если рассматривать его в более широком контексте, он оказался не худшим вариантом — было бы куда прискорбнее, если бы стороны переругались прямо во время переговоров.

Практические результаты у саммита все же есть — это не только помощь Украине, но и совместные заявления по таким темам, как транснациональные репрессии, искусственный интеллект, критически важные минералы, борьба с незаконным ввозом мигрантом, лесные пожары и квантовые технологии.

Сторонам даже удалось согласовать декларацию по ситуации на Ближнем Востоке, в которой они назвали Иран «главным источником региональной нестабильности и терроризма», высказались против получения Тегераном ядерного оружия и выразили поддержку Израилю.

«Мы настоятельно призываем к тому, чтобы урегулирование иранского кризиса привело к более широкой деэскалации боевых действий на Ближнем Востоке, включая прекращение огня в секторе Газа».

А что касается вопросов, связанных с российской агрессией против Украины, то, судя по всему, европейским лидерам все же удалось донести до Трампа свою позицию — по сведениям агентства Reuters, три европейских дипломата «слышали от Трампа сигналы», что он хочет усилить прессинг на Путина и изучает законопроект о «зубодробительных» санкциях, предложенных сенатором Линдси Грэмом. Насколько этим «сигналам» можно доверять, станет понятно очень скоро — уже на следующей неделе в Гааге пройдет саммит НАТО, где Трамп и европейские лидеры смогут продолжить диалог, прерванный в Кананаскисе.