«Это не обвинение, а балаган»

Чем меньше — тем тише

В начале декабря «Русская служба BBC» включила Сашу Скочиленко в список из ста наиболее влиятельных и вдохновляющих женщин мира 2022 года. Кроме петербургской художницы и музыкантши, в него попали еще две женщины из России: главный редактор издания «Холод» Таисия Бекбулатова* (внесена Минюстом РФ в реестр СМИ-иноагентов) и певица Алла Пугачёва, негативно высказавшаяся в сентябре по поводу «спецоперации».

Однако о популярности и известности Саши в Василеостровском районном суде знали не только поэтому. Именно сюда на протяжении последних восьми месяцев на каждое заседание по делу Скочиленко, где рассматривался вопрос о мере пресечения обвиняемой, приходило не менее полусотни человек. Видимо, именно поэтому для первого слушания по существу в райсуде отвели один из самых маленьких залов. «Чтобы ограничить доступ слушателей», — сделали вывод адвокаты Александры.

А в итоге в зал пустили лишь 15 человек, включая адвокатов, представителей консульств, свидетелей, и на оставшиеся четыре места — журналистов. Кроме того, гособвинитель — прокурор Ирина Никандрова — попросила запретить фото- и видеосъемку процесса, потому что «это будет мешать светом и шумом». Судья Оксана Демяшева поспешила удовлетворить просьбу Никандровой. А вопрос юристов: «На каких основаниях в зал не обеспечен допуск всех прибывших в суд слушателей, в том числе — представителей СМИ?» — Демяшева откровенно проигнорировала.

«Такая клевета»

На первом судебном заседании прокуратура выступила с утвержденным обвинением, а защите дали возможность выразить отношение к нему. 15 декабря в дело Скочиленко вступил выдающийся российский адвокат Юрий Новолодский, президент Балтийской коллегии адвокатов имени Анатолия Собчака и депутат Законодательного Собрания Петербурга первого созыва. Он стал третьим защитником Александры, работающим в команде с Дмитрием Герасимовым и Яной Неповинновой.

— Новолодский — мой наставник, — объяснила «Новой-Европа» Яна Неповиннова. — Об истории Саши он узнал от меня, проникся ей, считает, что Александра — большая молодец и не должна сидеть в тюрьме по такому нелепому обвинению.

Суть страшного преступления Скочиленко прокурор Никандрова зачитала по листочку. По версии следствия, около 22 часов 31 марта в магазине «Перекресток» на Малом проспекте Васильевского острова, 88 с целью «пропаганды негативной оценки об использовании российской армии в Украине» девушка разместила вместо ценников пять маленьких бумажек, на которых было написано следующее:

Как подытожила Никандрова, следствие установило, что «Скочиленко публично распространила заведомо ложные данные о ВС РФ за пределами России по мотивам политической ненависти».

Политический окрас

Антивоенная акция Саши могла не повлечь никаких последствий для нее. Но сотрудники супермаркета не успели заметить их раньше посетителей и заменить на обычные, хотя, видимо, и не увидели в самих «ценниках» ничего крамольного. Первой эти бумажки с информацией о специальной военной операции в «Перекрестке» обнаружила 72-летняя покупательница. По словам пенсионерки, у нее задрожали руки от возмущения, когда она прочла «такую клевету» в адрес российской армии. Однако, не найдя понимания у сотрудников магазина, пожилая дама написала донос в полицию.

(целиакия, биполярное аффективное расстройство, проблемы с сердцем — инфекционный эндокардит или отрыв створки митрального клапана, оба диагноза крайне опасны и могут привести к смерти), которые уже нанесли огромный ущерб ее здоровью и несут риск для жизни.

— При целиакии больным категорически противопоказан глютен, белок пшеницы и ржи, — рассказывает друг Саши Алексей Белозеров. — Противопоказан настолько, что готовить еду человеку с целиакией нужно в отдельной посуде, а при систематическом нарушении диеты может возникнуть онкология и остеопороз. От разновидности рака, которую связывают с целиакией, умерла Сашина бабушка. Обеспечить специальную диету для Саши не удалось даже после многочисленных обращений к руководству ФСИН уполномоченной по правам человека в Петербурге и лично просьбы президента Совета по правам человека РФ. Из-за несоблюдения диеты Саша испытывает рвоту, диарею, боль в животе. За время заключения боли настолько усилились, что не дают ей спать.

— Добиться изменения меры пресечения для Александры за восемь месяцев тоже так и не удалось, — говорит Яна Неповиннова. — Суд допускает очевидные нарушения. Если бы это было не политическое дело, то Саша находилась бы даже не под домашним арестом, а под запретом определенных действий. Но всем понятно, какой у этого дела окрас.

«Как можно за это судить человека»?

Речь гособвинителя сама подсудимая назвала «уголовным процессуальным абсурдом». Она не признала вину в том, что распространяла заведомо ложную информацию.

— Я не отрицаю факт распространения неких сведений с использованием товарных знаков. Но категорически отрицаю то обстоятельство, что эти сведения были для меня заведомо не соответствующими действительности, — заявила в суде художница. — Следствие считает, что сведения, размещенные на ценниках, являются ложными. Основанием для подобного вывода является наивная убежденность следователя в том, что информация, сообщаемая официальными государственными органами, всегда соответствует действительности. Счастливый человек! Мне бы стать такой! Однако, как показал исследуемый казус, у меня далеко не всегда формируется уверенность в безусловной правоте государственных мужей, которые принимают решения, касающиеся судеб миллионов людей.

— Текст обвинительного заключения страдает серьезными несоответствиями общепринятым нормам русского языка и законам формальной логики, — продолжила Скочиленко. — Мне трудно понять, каким образом «чехол для гитары», «брюки бордового цвета» и «пара ботинок бежевого цвета» могут участвовать в доказательстве субъективной стороны совершенного мною деяния. Что же касается объективной стороны, то я ее оспариваю, — резюмировала подсудимая.

Саша огласила вопросы к предъявленному обвинению. Девушка попросила прокурора разъяснить: в чем именно выразилась ее политическая ненависть? К какой именно социальной группе адресована вражда? К каким частям высказываний предъявлены претензии обвинения? И будут ли исключены из дела эпизоды, которые позже оказались правдивой информацией?

— Так, — привел пример Юрий Новолодский, — Скочиленко обвиняют в том, что она сообщила несоответствующие действительности сведения о том, что ВС РФ содержат на Украине военнослужащих срочной службы. Но прошло время, и через несколько недель президент России потребовал наказания тех, по чьей вине там оказались срочники. Так как можно за это судить человека? Получается, что Александра предвидела это и распространила точные сведения. Может быть, ее выступление и стало основанием для президентской проверки. В личном общении следователь признался мне, что он даже не читал обвинительное заключение, которое подписал. Куда уж дальше-то? Это не обвинение, а балаган. Предыдущий следователь, который вел дело нашей подзащитной, вообще уволился. Совесть не позволила ему работать в этой системе.

«Не тот случай»

Новолодский отметил, что не изучал доказательную базу по другим уголовным делам, возбужденным по статье 207.3 УК РФ (в отношении Ильи Яшина, Алексея Горинова, Алтана Очирова, Иоанна Курмоярова, Виктории Петровой и других). Однако, по мнению адвоката, первое же слушание по делу Скочиленко продемонстрировало, во-первых, всю неподготовленность государственной власти к тому, чтобы осудить художницу и музыкантшу, а во-вторых, желание запугать всех тех, кто рискнет пойти по пути Александры.

— То, что сделала Саша, не является особо тяжким преступлением, каким представили его авторы обвинения, — считает Юрий Новолодский. — Они искусственно установили квалифицирующие признаки части 2 статьи 207.3 УК РФ. Но ничего из этого не выйдет. Такое обвинение неспособно перекочевать в обвинительный приговор, — уверен адвокат. — Даже для того чтобы сфабриковать дело, нужно быть умным и профессиональным юристом. Это не тот случай. Наше дело правое, и мы победим. Сделаем всё, чтобы Саша была оправдана как невиновная.

Следующее судебное заседание, на котором обвинение ответит на вопросы Скочиленко и ее защиты, судья Оксана Демяшева назначила на 20 января. «Новая-Европа» продолжит следить за процессом.