Решето

«Официально стоимость работ не сообщалась, — пишет “Агентство”, — однако работающее в Курске издание “Московский комсомолец Черноземье” (“МК Черноземье”) со ссылкой на источники писало, что 30 ноября 2022 года Управление капстроительства Курской области заключило три контракта на строительство укрепсооружений с “Корпорацией развития Курской области” на общую сумму в 12 млрд рублей. По данным газеты, учрежденная властями региона компания в качестве субподрядчиков привлекла почти 40 фирм, в том числе “близкие и родные” курскому губернатору Старовойту и главе правительства Александру Смирнову (ныне — врио губернатора)... “МК Черноземье” и издание “Верстка” писали, что 21 марта 2023 года курские власти заключили еще два контракта на строительство фортификационных сооружений с “Корпорацией развития Курской области” на общую сумму 3,2 млрд рублей. Работы нужно было завершить за 3,5 месяца — к 5 июля того же года».

Также «Агентство» со ссылкой на OSINT-аналитика Брэди Африка сообщает, что в Курской области были построены две линии обороны: вдоль самой границы и в 5–10 км от нее. Обе они уже преодолены ВСУ. Как же украинцам удалось прорваться так глубоко на территорию РФ?

Жить все хотят

— Главное отличие наступления ВСУ от рейдов «Русского добровольческого корпуса» и его союзников — масштаб, — рассказывает «Новой-Европа» военный аналитик ФБК Ян Матвеев. — ВСУ используют достаточно крупные силы, в несколько раз бóльшие, чем РДК и другие добровольческие подразделения. Применяется тяжелая техника. Танки пока на фото и видео не попадали, но пишут, что они там тоже есть. Отсюда и рост возможностей. РДК могли совершить рейд, украинская группировка может и территорию захватить. Да и сил на противодействие надо больше отвлекать.

— На самых передовых позициях у границы, даже на российско-украинском ее участке находятся срочники, — рассказывает «Новой-Европа» военный исследователь Кирилл Михайлов. — Именно срочников первыми взяли в плен наступающие украинские войска.

Несколько месяцев назад эта группировка получила название «Север». Основные силы данного объединения сегодня заняты в атаках на Харьковскую область в городе Волчанск, у села Липцы и их окрестностях. Подразделения, остававшиеся в Курской области, оказались не способны сдержать прорыв ВСУ. Судя по всему, украинская разведка была в курсе этой ситуации, и командование вооруженных сил этим воспользовалось.

— Границу охраняют погранвойска ФСБ, вооруженные в лучшем случае минометами и БТР, усиленные приданными силами армии РФ, — рассказывает источник «Новой-Европа» в Вооруженных силах РФ. — Эти приданные силы состоят из срочников, вчерашних призывников, некоторые из них попали в части несколько недель назад. А ВСУ ввели в прорыв элитные силы. Так что не стоит удивляться, что срочники сдаются в плен. Жить все хотят.

«Новая-Европа» уже писала о том, что погранслужба РФ не имеет возможности дать достойный отпор наступающим регулярным войскам. «Что вы хотите от пограничников? Они не под это заточены, и у них нет возможности для ведения общевойскового боя с превосходящими силами противника, — говорил на условиях анонимности “Новой-Европа” источник, близкий к руководству погранслужбы ФСБ РФ. — Самое грозное оружие на заставах и на пунктах погранперехода — старые плохо функционирующие бронетранспортеры, в которых некому сидеть за управлением и пулеметом. У некоторых подразделений забрали коптеры на нужды фронта. Против диверсантов обязана работать военная полиция, спецслужбы и войска специального назначения.

Далее источник «Новой-Европа» утверждал, что во время «лихих девяностых» прошлого века никакой реальной границы между Украиной и Россией не было вовсе. Существовало соглашение о приграничном сотрудничестве, позволявшее всем желающим перемещаться в обе стороны практически без документов. Российские поезда на Северный Кавказ проходили по территории соседнего государства.

«Это украинцы начали выстраивать первые заграждения и выставлять посты на границе в середине нулевых годов, — говорил источник “Новой-Европа”. — Вся инфраструктура на российской стороне до настоящего времени ограничивалась содержанием пунктов погранперехода. Иногда пограничники устраивали облавы на контрабандистов. Но на что-то более серьезное сил не хватало».

Нападающим проще

«Проблема России имеет объективный характер. Многие сотни километров границы, пролегающие по вполне пригодной для передвижения местности, с населенными пунктами и сетью проселочных дорог, герметично закрыть невозможно, — высказывал в мае 2023 года свое мнение “Новой-Европа” израильский военный эксперт Давид Шарп. — Для того чтобы надежно блокировать такое расстояние, потребуется громадное количество войск и техники. Нужны штабы, координация, средства обнаружения и разведки и очень много сил, находящихся в постоянной высокой готовности. Нападающей стороне гораздо проще, чем защищающимся. Украинцы имеют возможность искать у России слабые места и тщательно готовить свои акции. У Киева для этого есть всё необходимое: время, ресурсы, разведданные».

У России, по словам Давида Шарпа, дела обстояли даже хуже, чем можно было бы предположить. Эксперту было ясно, что для обороны границы выделены весьма незначительные силы, а в некоторых местах их могло и не быть вообще. «России не хватает войск на фронте, — говорил Давид Шарп. — Вопрос, делается ли россиянами максимум с теми скудными ресурсами, которые у них сегодня есть, остается открытым. Могу предположить, что их эффективность незначительна. Мы можем увидеть высокий уровень головотяпства, плохую организацию и низкую боевую подготовку». Судя по всему, никаких выводов из происходивших событий российским командованием сделано не было.

Взять Курск

Кирилл Михайлов отмечает, что длина российско-украинской границы даже в регионах, где не ведутся активные боевые действия, составляет сотни километров. На всём этом расстоянии невозможно сконцентрировать большое количество войск, способных отразить вторжение регулярной армии с техникой, ПВО и артиллерией.

Наш источник в ВС РФ подтверждает, что длина границы с Украиной в Брянской, Курской и Белгородской областях превышает одну тысячу километров.

— Серьезных сил, чтобы насытить такое расстояние, у России сейчас нет, — говорит российский военный. — Лукашенко отвел войска от границы и дал возможность украинцам освободить с этого направления существенные силы. Их и направили в наступление на Россию. Разведка докладывала о том, что у ВСУ может быть в резерве до 14 хорошо обученных и подготовленных бригад. Этих сил будет достаточно, чтобы взять Курск. Сейчас сопротивление украинцам оказывают подразделения Росгвардии и разрозненные армейские части. По слухам, в район боевых действий уже направили бойцов «Альфы» ЦСН ФСБ и остатки ЧВК «Вагнера» из Африки.

Ян Матвеев также говорит, что охрана границы (погранслужба) не может противостоять полноценному военному наступлению.

— Я бы сказал, что после начала вторжения, а особенно после атак в Белгородской области, прикрытие российской границы в целом стало сильнее, — говорит военный аналитик. — Но всё равно это недостаточно для борьбы с крупными отрядами на технике при поддержке дронов. Чтобы защитить границу от таких атак, нужно создать там линию фронта и расставить армейские части. Их нет у России в нужном количестве. Для плотной охраны границы пришлось бы создать еще один такой же по протяженности фронт, как сейчас на территории Украины. Морское побережье охраняется даже слабее сухопутной границы. Какие-то ключевые зоны и объекты надежно прикрыты, а где-то берег открыт. Тут охрана ведется с помощью кораблей и авиации. Так как корабли Черноморского флота в море лишний раз стараются теперь не выходить, то и защита берега страдает.

— С 1957 года пограничные войска находились в ведении КГБ СССР, — говорит «Новой-Европа» на условиях анонимности полковник Главного управления погранвойск ФСБ РФ. — В 1993 году пограничные войска окончательно вышли из ведения службы безопасности (тогда будущая ФСБ называлась ФСК — Федеральная служба контрразведки). На тот же период приходятся массовые сокращения армии. Кто-то наверху решил, что раз граница России стала меньше, то и погранвойска следует сократить. Если бы сокращению подвергся лишь рядовой и сержантский состав, это было бы не так страшно. Но оказались сокращены тысячи офицеров. И когда ребром встал вопрос о наших границах, выяснилось, что возродить погранвойска нет никакой возможности. Многое нужно создавать с нуля.

По словам российского полковника, на юге тогда кое-как справились, нажав через ОДКБ на союзников. Дороги перекрыли, но границы всё равно остались «дырявыми». А вот на западном направлении границы у России вообще нет. Что-то попытались сделать после того, как Эстония, Латвия и Литва вступили в НАТО в 2004 году.

— Но это «что-то» вылилось в пшик. Даже несмотря на то, что погранвойска в 2003 году опять передали в ведение ФСБ.

Ни полосы, ни «секретов»

— Российская граница с бывшими республиками СССР традиционно очень плохо охраняется, — рассказывает российский военный. — Там решето вместо границы. С Белоруссией как таковой разграничительной линии нет вообще. Только шлагбаум на автомобильной трассе. Со странами Балтии тоже не намного лучше. Недаром именно туда нелегально переходят российские дезертиры. В Азии я не был, но слышал, что там целые караваны с контрабандой приходят из соседних стран. Даже поток наркотрафика не могут уже много лет остановить. Редкие погранзаставы охраняют сами себя. Через границу с Китаем идут колонны грузовиков с незаконно вырубленным лесом. Это в советские времена на протяжении всей границы была контрольно-следовая полоса и постоянное патрулирование. Сегодня пограничники чаще всего просто номинально присутствуют на определенных участках и перекрывают крупные автомобильные трассы.

— Наверное, я не выдам особой тайны, если скажу, что нехватку подготовленных специалистов даже на ограниченном участке границы (со странами Балтии) попытались заменить электроникой, — продолжает рассказ российский полковник. — Вообще-то, это было не так уж сложно и не особо затратно. На автодорогах в любом случае ставились стационарные посты. В 2005 году было выделено около 300 млн рублей (более 10 млн $) на закупку датчиков движения и мини-видеокамер. Данные с них должны были стекаться как раз на те стационарные посты на дорогах. В 2011 году, когда меня перевели в инспекторский отдел внутреннего управления, я прокатился по западной границе. Выяснилось, что если датчики где-то и были, то не на всём протяжении границы. А выборочно.

В следующем 2012 году полковник был направлен в Беларусь с тем же заданием — проверить границу со странами — членами НАТО. Там даже КПП стояли не на всех дорогах. О контрольных полосах и секретах вообще речь не шла.

— После начала войны границу с Украиной вроде как попытались укрепить, — говорит российский полковник. — Но силами местных властей и региональных управлений МЧС кое-где вырыли траншеи, кое-где натянули «колючку», взяли под дополнительный контроль дороги. Но, опять же, силами полиции и МЧС. Такие контролеры не то что нарушителя не способны задержать, но даже воинское подразделение проморгают. Вывод из всего этого напрашивается сам собой: если ВСУ решат перенести боевые действия на приграничные районы России, то сделать им это будет довольно легко.