Возвращение саудовского принца

Саудовская Аравия принимает поздравления за удачно организованные переговоры США с Россией, а затем и Украиной. Впереди также возможен саммит между президентами США и РФ Дональдом Трампом и Владимиром Путиным.

Выбор королевства площадкой для столь важных переговоров мирового уровня обоснован. Эр-Рияд близок и Москве, и Вашингтону — у стран сложились доверительные отношения на уровне как лидеров, так и бизнес-сообществ. Кроме того, саудиты подчеркнуто нейтральны в российско-украинском конфликте, а сам конфликт для них не нов. Саудовская Аравия так же, как и ее соседи по региону — ОАЭ и Катар, — с самого начала войны в 2022 году выступала в качестве посредника между Москвой и Киевом.

Достаточно вспомнить обмен пленными в сентябре 2022 года, когда с одной стороны на свободе оказались 55 российских военных и экс-депутат Верховной Рады Виктор Медведчук, с другой — 215 украинцев, включая командиров батальона «Азов» и иностранцев, воевавших на стороне Киева. Ключевую роль в освобождении иностранцев, а также Медведчука сыграл лично наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед бен Сальман. И на этом миссия Эр-Рияда не завершилась. В дальнейшем состоялось еще несколько обменов, организованных королевством.

Кроме того, Эр-Рияд выразил готовность работать со всеми сторонами для поиска мирного решения и облегчения диалога между сторонами. Особенно активным на публичные действия стал 2023 год. В феврале глава МИД Саудовской Аравии Фейсал бен Фархан посещал и Киев, и Москву. Причем визит министра иностранных дел в Украину стал первым в истории королевства. В мае президент Украины Владимир Зеленский был приглашен выступить на саммите Лиги арабских государств в саудовской Джидде. А уже в августе там же собрались представители 42 стран, чтобы обсудить «формулу мира» Зеленского и в целом перспективы урегулирования конфликта.

Молодой принц

Посредничество в конфликтах для Саудовской Аравии, как и для других арабских стран, прежде всего монархий Персидского залива, не ново. Правда, до последнего в основном они ограничивались региональными проблемами, даже если приходилось лавировать между западными и местными игроками.

Например, многим памятны переговоры в Катаре в 2018–2020 гг. между США и талибами. Оман не раз становился площадкой для американо-иранских контактов. Сейчас на слуху посредничество Дохи и Каира между ХАМАСом и Израилем.

О Саудовской Аравии до последнего времени складывалось впечатление, что все ее яркие инициативы в прошлом: например, вклад королевства в завершение гражданской войны в Ливане. Заключенное там в 1989 году Таифское соглашение и сейчас продолжает оставаться залогом внутреннего мира в стране. До сих пор актуальна и выдвинутая в 2002 году инициатива тогда еще наследного принца Абдаллы бен Абдель Азиза (король с 2005 по 2015 год) по урегулированию арабо-израильского конфликта. Затем Саудовская Аравия ушла в тень, уступив первенство в регионе другим игрокам — Ирану или Катару, хотя формальное лидерство, или, правильнее сказать, авторитет по умолчанию, как страны, где находятся главные святыни исламского мира, остался за королевством.

Этот шаг стал сменой эпох для королевства. До сих пор наследниками, а затем и королями были дети основателя государства и первого правителя Абдель Азиза Аль Сауда. Пришло время нового поколения. Мухаммед бен Сальман, которому в 2017 году исполнилось 32 года, стал самым молодым наследником королевства с 1933 года.

Мухаммед бен Сальман, или, как его называют, MBS, амбициозен, жесток, не терпит конкуренции. Он поставил себе целью превратить Саудовскую Аравию в современное государство и вернуть ей лидерство в регионе. Примером для него был Мухаммед бен Заид, нынешний президент ОАЭ и правитель Абу-Даби. Принц многому от него научился, но теперь они оба конкурируют за влияние в регионе.

За прошедшие с тех пор годы принц превратился в фактического правителя Саудовской Аравии. Сначала на пути к этому он зачистил внутреннюю оппозицию, прежде всего среди королевской семьи. Так, одним из его первых громких дел стало создание высшего комитета по борьбе с коррупцией и арест 11 принцев и около 30 бывших и действующих министров и предпринимателей. Официальная версия событий — обвинения в коррупции, неофициальная — централизация власти в руках наследника престола.

К этому моменту принц уже прославился резкими решениями. Например, в 2015 году, еще будучи министром обороны, он инициировал войну с Йеменом, но в итоге так и не смог победить хуситское движение «Ансар Аллах». Спустя несколько лет это все вылилось в длинный и до сих пор не законченный переговорный процесс.

В 2017 году Саудовская Аравия и присоединившиеся к ней ОАЭ, Бахрейн и Египет объявили блокаду Катару, обвинив его в дестабилизации ситуации в регионе, поддержке террористической и экстремистской деятельности, финансировании группировок, связанных с Ираном, а также в укрывательстве лидеров исламистской ассоциации «Братья-мусульмане» и распространении идеологии террористических группировок «Аль-Каида» и «Исламское государство». Однако изоляция Катара особых дивидендов не принесла, Доха еще больше усилила свои позиции в регионе, как и Иран, с которым Саудовская Аравия разорвала дипломатические контакты еще раньше — в 2016 году.

В итоге со всеми пришлось мириться. Диалог с Дохой был возобновлен в 2021, а с Тегераном — в 2023 году. К этому времени Мухаммед бен Сальман стал осторожнее и мудрее. Но до этого успел еще не раз подставиться, совершая резкие шаги.

Хашогги-гейт

Одним из таких рискованных и резких действий Мухаммеда бен Сальмана стало произошедшее на территории генконсульства в Стамбуле в октябре 2018 года убийство саудовского журналиста и колумниста американской газеты The Washington Post Джамаля Хашогги. Ответственность за это преступление на Западе возложили на Мухаммеда бен Сальмана, так как в преступлении были замешаны люди из его ближайшего окружения. Некоторые страны и компании приостановили сделки с Эр-Риядом. В американском Конгрессе активно обсуждались санкции против королевства, но все обошлось внесением в санкционные списки отдельных исполнителей. Напрямую принца никто не обвинил, но проблемы у королевства могли возникнуть большие.

Еще в 2016 году по инициативе принца была разработана программа Vision 2030, цель которой — положить конец нефтяной зависимости страны через диверсификацию и модернизацию экономики.

По сути, принц делал все, чтобы сделать королевство открытым миру и привлекательным для инвестиций. Убийство Хашогги чуть было не перечеркнуло все эти планы.

Тогда Мухаммеда бен Сальмана во многом спасли тесные связи с президентом США Дональдом Трампом. Саудовская Аравия стала первой страной, которую тот посетил, став президентом. Визит закончился удачно. Королевство пообещало инвестировать в американскую экономику $380 млрд за 10 лет. В том числе, был подписан пакет соглашений о поставке Эр-Рияду американского вооружения. Сумма сделки была около $110 млрд. Тогда же Трамп делал ставку на Эр-Рияд, надеясь сплотить коалицию против Тегерана. Американский президент также планировал заключить мир между Саудовской Аравией и Израилем.

При президенте Байдене отношения с Эр-Риядом охладели, но полномасштабное вторжение России в Украину дало сторонам больше возможностей для возобновления диалога. Начиная с 2022 года Вашингтон и Брюссель пытались убедить арабских партнеров, в том числе Эр-Рияд, увеличить нефтедобычу, а также присоединиться к антироссийским санкциям. В ближневосточных столицах не сделали ни того ни другого и продолжили развивать отношения с Россией, при этом налаживая контакты и с Украиной.

И в конечном итоге это дало свои плоды.

Таким образом, к концу первого года российского вторжения про убийство Хашогги и роль в этом Мухаммеда бен Сальмана стали постепенно забывать. В мире появилось много других проблем.

Между Путиным и Трампом

Возвращение Трампа в Белый дом дает Мухаммеду бен Сальману еще больше возможностей. Американский президент опять планирует визит в королевство в качестве первого зарубежного турне своего второго срока под обещания саудовских инвестиций уже на гораздо большую сумму — $600 млрд за четыре года.

Но главное — Эр-Рияд теперь может выступать посредником между Россией и США, пользуясь доверием обеих сторон.

Близкие отношения с Владимиром Путином у Мухаммед бен Сальмана, вероятно, сложились достаточно давно. Несмотря на то, что в 2020 году в СМИ появилась информация, что лидер Саудовской Аравии во время телефонного разговора накричал на российского президента из-за цен на нефть, на официальном уровне это никак не проявилось и не имело продолжения. Отношения остались стабильными и продолжили развиваться: в 2023 году Владимир Путин прилетал в Саудовскую Аравию. Курировал отношения глава Российского фонда прямых инвестиций Кирилл Дмитриев, который в феврале принимал участие в российско-американских переговорах в Саудовской Аравии.

На пути к тяжеловесу

Впрочем, нельзя сказать, что Саудовская Аравия не заинтересована в результате переговоров между Россией и США. Для королевства прежде всего важна стабильность на Ближнем Востоке, но, как показывает практика, события в других регионах тоже имеют значение. В частности, война в Украине и как следствие продовольственный кризис существенно затронули арабские страны, прежде всего самые бедные из них — Йемен и Судан, но кризисы там — дополнительная головная боль для всех остальных.

Важны для ближневосточной стабильности и ровные, деловые отношения между Москвой и Вашингтоном, когда они не делят регион, а договариваются.

Так, на данный момент одно из опасений аравийских монархий связано с возможностью ударов Израиля по Ирану, последствия которых могут быть самыми непредсказуемыми. Неслучайно Эр-Рияд предложил свои посреднические услуги для переговоров между Вашингтоном и Ираном.

Есть интерес у Саудовской Аравии и в урегулировании палестино-израильского конфликта. В отличие от Катара, который близок с ХАМАСом, Эр-Рияд относится к ХАМАС крайне негативно и был бы рад его ослаблению на палестинской политической сцене. Аналогичные чувства королевство испытывает и в отношении ливанского шиитского движения «Хезболла».

Сейчас Саудовская Аравия все чаще берет на себя ответственность за судьбу региона. Так, именно в королевстве прошел мини-саммит, в котором приняли участие аравийские монархии, а также Иордания и Египет. Они обсудили предложения Каира, которые должны были стать альтернативой плану Трампа по переселению палестинцев из Газы.

Активно вернулось королевство и к решению ливанских проблем, в частности, оно вместе с США и Францией поддерживало избрание президентом Джорджа Ауна и назначение на пост премьер-министра Навафа Салама, среди задач которых — ограничить роль «Хезболлы» в Ливане. Таким образом Эр-Рияд исправляет ошибки, когда на несколько лет бросил Бейрут, почти полностью оставив его под иранским влиянием, так же, как и Сирию.

Чередой таких внешнеполитических шагов Саудовская Аравия медленно, но уверенно возвращает себе лидерские позиции в регионе, а обретенный статус международного посредника, чьи услуги востребованы США, Россией и Украиной, придает королевству и лично Мухаммеду бен Сальману дополнительные очки. Теперь он уже не выглядит «принцем без тормозов», от которого можно было ждать что угодно, а претендует на роль политического тяжеловеса.