У Дональда Трампа Советов на всех хватит

Хрупкое перемирие

«Мы продолжаем бить по террору на нескольких фронтах. В минувшие выходные ЦАХАЛ (Армия обороны Израиля. — Прим. ред.) наносил удары в Ливане, и мы будем делать всё необходимое, чтобы не позволить “Хизбалле” восстановить свой потенциал, угрожающий нам. То же самое мы делаем и в секторе Газа», — заявил в воскресенье на заседании правительства премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху. По его словам, ХАМАС постоянно нарушает соглашение о прекращении огня, предпринимая попытки проникновения за так называемую «желтую линию» (она разделила территорию, которую продолжают контролировать израильские военные, и остальную часть сектора Газа).

В свою очередь ХАМАС также обвиняет Израиль в нарушениях соглашения о прекращении огня и постоянных ударах по Газе. В субботу, после одной из таких атак, в арабских СМИ появилась информация о том, что террористическая группировка уведомила США о намерении возобновить боевые действия. Однако на следующий день пресс-офис ХАМАСа опубликовал сообщение о том, что движение «привержено выполнению первого этапа соглашения» и призывает посредников заставить Израиль остановить односторонние действия. Это прозвучало по итогам переговоров делегации ХАМАСа в Каире с главой египетской разведслужбы Хасаном Рашидом, где обсуждались перспективы перехода ко второму этапу соглашения о прекращении огня и общая ситуация в секторе Газа.

Ей есть что терять: в случае отказа от сделки Израиль получит от США «зеленый свет» на ликвидацию боевиков ХАМАСа. Задача движения на текущий момент — сохранить присутствие в секторе, причем не только на земле, но и на политической сцене (хотя официально соглашение о прекращении огня подразумевает, что представители ХАМАСа не должны играть в Газе никакой роли: ни напрямую, ни косвенно). Однако всё это не означает, что боевики ХАМАСа и других группировок в секторе отказались от боевых действий. Попытки «уколоть» израильских военных будут продолжаться. В свою очередь Израиль продолжает точечные операции в Газе. И режим прекращения огня по-прежнему очень хрупок.

Переход на второй уровень

Соглашение о прекращении огня в секторе Газа на основе плана президента США Дональда Трампа официально вступило в силу еще 10 октября. С тех пор домой вернулись последние 20 живых заложников, которых больше двух лет удерживали в Газе террористические группировки ХАМАС и «Исламский джихад». Были также возвращены тела 25 человек — как израильтян, так и иностранных заложников (граждан Непала и Таиланда). Останки еще троих человек по-прежнему остаются в Газе. Их поиск продолжается.

Тем не менее, можно сказать, что большая часть первого этапа плана Трампа, где главным было возвращение заложников в обмен на палестинских заключенных, реализована, хоть и с большим отставанием от графика (первоначально шла речь о 72 часах). Сейчас на повестке — переход к следующим этапам плана Трампа, которые включают демилитаризацию и дерадикализацию Газы и восстановление сектора после войны.

«Вся военная, террористическая и наступательная инфраструктура, включая тоннели и объекты по производству оружия, будет уничтожена», — говорится в одном из 20 пунктов плана Трампа. Процесс разоружения должен проходить под надзором независимых наблюдателей и при поддержке финансируемой международным сообществом программы выкупа оружия и реинтеграции. Однако ХАМАС ищет способы сохранить свой арсенал. Сначала представители группировки утверждали, что не будут сдавать оружие до тех пор, пока в Газе сохраняется израильское присутствие, потом начался поиск компромиссов: передачи части вооружений на хранение Египту или представителям официальной Палестинской администрации. И вопрос оружия — не единственный спорный пункт плана Трампа. До сих пор неясно, как и кто будет управлять сектором.

Согласно договоренностям, сектор Газа должен управляться временным внепартийным комитетом, в состав которого войдут местные технократы и международные эксперты. Обязанности комитета — это ежедневное предоставление общественных услуг населению и ответственность за муниципальные службы. Надзор над работой комитета и руководство им будет осуществлять новый международный переходный орган «Совет мира» (СМ) во главе с Дональдом Трампом. Одна из главных задач СМ — следить за тратой средств, идущих на восстановление Газы, а также в целом за происходящим в секторе. Как именно он будет формироваться и какие конкретно полномочия у него будут — пока неизвестно.

В помощь СМ предусмотрено формирование Международных стабилизационных сил (МСС). Они должны работать с Израилем и Египтом, а также с заново подготовленными и проверенными палестинскими полицейскими силами и обеспечивать безопасность внутри сектора Газа и приграничных с ним районов. Это подразумевает уничтожение и предотвращение восстановления военной, террористической и наступательной инфраструктуры в Газе, а также окончательный вывод из обращения оружия у негосударственных вооруженных группировок.

Мандат Совета мира и МСС был утвержден принятой 17 ноября резолюцией Совбеза ООН №2803. Она была одобрена 13 голосами «за» из 15. Россия и Китай воздержались. Главные претензии Москвы: резолюция не предусматривает роль Палестинской национальной администрации (ПНА) в управлении сектором и в целом в определении будущего палестинцев на основе формулы «два государства для двух народов». Кроме того, обращают внимание в Москве, «в тексте не фиксируются обязательства Израиля как оккупирующей державы, включая отказ от аннексии палестинских земель и отвод своих сил», а у Совбеза нет полномочий контролировать работу Совета мира и МСС. Об этом говорится в сообщении МИД РФ. Претензии Пекина схожи.

Тем не менее, Россия и Китай не стали ветировать резолюцию, чтобы не сорвать прекращение огня. Сыграла свою роль и просьба арабских стран и ПНА не мешать процессу легитимации плана Трампа на международном уровне. При этом у российской стороны был свой проект резолюции, но она понимала, что провести ее нет шансов. Так что это было всего лишь обозначением позиции.

Опыт прошлый и будущий

Не согласиться с Россией и Китаем в том, что полномочия СМ и МСС размыты, — трудно. С другой стороны, Москве, очевидно, хотелось бы понимания, как далеко может зайти внешнее управление конфликтом.

Во всяком случае, в том варианте мирной инициативы по Украине, о котором стало известно на прошлой неделе, в одном из пунктов говорилось: «Соглашение будет иметь обязательную юридическую силу. Его выполнение будет контролироваться и гарантироваться Советом мира, возглавляемым президентом Дональдом Трампом. За нарушения будут предусмотрены санкции». Многие эксперты обращали внимание на то, что последние предложения Вашингтона во многом были «переносом в украинский контекст дипломатии вокруг Газы» и других миротворческих инициатив Трампа.

В последние десятилетия подобный опыт уже применялся. Так, в Ираке в 2003 году, после свержения режима Саддама Хусейна, по инициативе США была создана временная коалиционная администрация. Она проработала меньше полутора лет. Воспоминания об этом времени у иракцев далеко не позитивные. Временная администрация запомнилась коррупционными скандалами и тюрьмой Абу Грейб, получившей известность из-за происходивших там пыток иракских заключенных.

Начатый тогда же процесс «дебаасизации» Ирака («Баас» — правившая во время Хусейна политическая партия. — Прим. ред.) также провалился, так как заставил уйти в подполье сотни офицеров армии Саддама Хусейна и других сил безопасности. Это, в том числе, создало почву для появления новых радикальных суннитских группировок, включая будущую террористическую организацию «Исламское государство».

Передавая полномочия новым иракским властям, временная администрация оставила страну раздираемой внутренними противоречиями, с растущим влиянием внегосударственных вооруженных формирований и неконтролируемым ростом числа терактов; не говоря уже о непростой экономической ситуации. Сохранившееся в Ираке еще на несколько лет присутствие международных сил помогло в решении проблем безопасности лишь частично, но их вывод во времена президентства Барака Обамы оставил иракцев полностью беззащитными.

Взгляд с Западного берега

Есть и вопросы насчет перспектив внешнего управления в секторе Газа. Палестинцы достаточно болезненно воспринимают попытки решения за них их судьбы, учитывая прошлый опыт. Однако у ПНА и ее главы Махмуда Аббаса не было другого варианта, кроме как смириться, — всё равно они не контролируют ситуацию в Газе, а так есть перспектива вернуться туда и в целом восстановить единство палестинских территорий. Напомним, что в 2007 году ХАМАС захватил власть в Газе, и с тех пор посредники так и не смогли добиться примирения между этой группировкой и международно признанной ПНА, которая все эти годы фактически управляла только Западным берегом реки Иордан, да и там не особо справлялась. Сейчас ПНА делает всё возможное, чтобы доказать свою состоятельность в глазах международного сообщества.

Так, ПНА в ответ на требования США начала серию внутренних реформ. Первым из этих шагов стало прекращение выплат заработной платы семьям палестинских заключенных, находящихся в израильских тюрьмах. И в Израиле, и в США рассматривали это как способ побудить палестинцев к совершению вооруженных нападений на израильские объекты. Сейчас нуждающиеся семьи заключенных будут получать социальные пособия в соответствии с уровнем их потребностей, а не прогрессивную ежемесячную зарплату. Палестинская администрация также внесла поправки в образовательные программы, удалив некоторые положения, вызвавшие возражения со стороны американских и европейских организаций, а также Израиля.

Махмуд Аббас также поручил всем палестинским структурам активно сотрудничать со всем международным сообществом для реализации плана Трампа и резолюции Совбеза ООН. В Рамалле видят в нём, по крайней мере, пять позитивных моментов:

• •установление постоянного прекращения огня в секторе Газа, устранение опасности перемещения населения и угрозы постоянной израильской оккупации сектора;
• •бесперебойный ввоз продовольствия и гуманитарной помощи в сектор;
• •международная помощь реконструкции сектора Газа;
• •создание условий для политического решения, права на самоопределение, создания палестинского государства и возвращения Палестинской администрации в сектор;
• •вывод израильских оккупационных сил и их замена международными силами.

да и в целом израильские власти категорически против любых разговоров о создании государства Палестина. На этом фоне арабские страны сделали всё возможное, чтобы надавить на Трампа и внести в проект резолюции Совбеза ООН слова о том, что «после добросовестного выполнения программы реформ ПНА и продвижения работ по восстановлению Газы» могут сложиться условия для начала пути к реализации палестинского права на самоопределение и к созданию палестинского государства. Здесь, с одной стороны, учтены пожелания палестинской стороны, но, с другой, нет и сильно раздражающего Израиль требования прямо сейчас приступить к переговорам с ПНА об окончательном урегулировании конфликта на основе принципа «два государства для двух народов».

Неготовность к опеке

В то же время параметры успешной реализации реформ и плана по восстановлению Газы весьма размыты, что дает лазейки для затягивания процесса передачи полномочий по управлению сектором ПНА. Важно и то, что пока палестинцы не могут договориться между собой о создании комитета технократов, который должен решать все административные вопросы в Газе. Не решен и вопрос с оружием ХАМАСа и других группировок. Последние, кстати, весьма негативно отнеслись к перспективе внешнего управления сектором.

И ХАМАС, и «Исламский джихад» осудили резолюцию Совбеза ООН как «инструмент опеки и международного соучастия в геноциде палестинского народа». Они также заявили, что любые международные силы, развернутые в Газе, станут формой навязанной опеки и ограничат в перспективе право палестинского народа на самоопределение и самоуправление. Но главное, что им не нравится, — перспектива разоружения. Однако это не означает автоматического отказа группировок от режима прекращения огня. Тем более что желающих отправить свои силы в сектор Газа и заняться его демилитаризацией не так уж много. Единственная страна, которая четко декларирует свою готовность отправить в Газу войска, — это Индонезия.

Пока же ХАМАС ставит на свое политическое выживание, несмотря на противодействие этому Израиля, США и Евросоюза. «После вступления в силу режима прекращения огня ХАМАС делает всё, чтобы обеспечить порядок в Газе и продемонстрировать, что он — единственная сила на земле и готов быть политическим партнером, — заявил “Новой-Европа” политический аналитик в Рамалле Мухаммед Дарагме.

И нужно просто превратить его из вооруженного актора в политического, как произошло в Сирии с вооруженными группировками во главе с Ахмедом аш-Шараа». По словам собеседника «Новой-Европа», хотя Израиль отказывается от такого варианта развития событий, США поддерживают контакты с ХАМАСом, и не исключено, что в итоге смирятся с активной ролью группировки в Газе, тем более что это уже не тот ХАМАС, который был при Яхья Синваре, — инициаторе атаки 7 октября 2023 года. «ХАМАС выучил урок», — считает Дарагме. Палестинский политаналитик выделил несколько сценариев будущего Газы.

Первый: США удастся организовать восстановление сектора Газа и договориться и с ПНА, и с ХАМАСом о постепенном разоружении группировки. То есть разоружить большую часть ХАМАСа, но оставить у него какое-то оружие для самообороны. При этом будет происходить постепенный уход израильских сил из Газы. Тогда США удастся сформировать новые реалии в регионе.

Второй: США не удается договориться с ХАМАСом. Тогда группировка сохраняет контроль над частью сектора, а американцы реализуют свои проекты в так называемой «синей зоне» и других районах, которые контролирует Израиль. Такой сценарий тоже лежит на столе. В этом случае получится Восточная Газа и Западная Газа, и восстановление провалится. «Арабские страны, особенно Саудовская Аравия, могут выделить средства на восстановление Газы только при реализации следующих условий: израильская армия уходит, ХАМАС разоружен, Палестинская администрация возвращается в Газу», — отмечает Мухаммед Дарагме.

Предвыборный фактор

Что касается позиции Израиля, то там тоже всё неоднозначно. Официальное израильское правительство резолюцию Совбеза ООН и план Трампа одобрило. В частности, важно, что МСС получили мандат на разоружение ХАМАСа и других группировок, а о палестинском государстве речи прямо не идет. Однако партнеров Нетаньяху по коалиции — в первую очередь, крайне правые партии во главе с Бецалелем Смотричем и Итамаром Бен-Гвиром, — напрягает, что в целом идея палестинского государства не похоронена. Об этом говорят и некоторые израильские партии в оппозиции. Скепсис вызывает и Совет мира, и МСС. До сих пор Израиль был категорически против любого внешнего присутствия как в Газе, так и на Западном берегу реки Иордан. Прежде всего это связано с тем, что внешние игроки могут помешать Израилю активно действовать против террористических группировок, если он сочтет необходимым, да и в целом опыт сотрудничества с миротворцами был у Израиля до сих пор неудачным. Ни в Ливане, ни в Сирии они не спасли Израиль от усиления у его границ вооруженных формирований «Хизбаллы» и других проиранских сил, несущих непосредственную угрозу для израильтян.

«Совет мира, управляющий сектором Газа под руководством США, может превратиться в орган, претендующий на полномочия в отношении ключевых прерогатив безопасности. Израиль должен обеспечить ситуацию, при которой МСС будет действовать как партнер, а не как замена израильскому оборонному планированию», — считает израильский эксперт по международным отношениям Эммануэль Навон. Он подчеркивает, что расклад сил в регионе также меняется, — не случайно накануне принятия резолюции Трамп объявил о намерении одобрить продажу Саудовской Аравии современных истребителей-невидимок F-35. А сама резолюция была принята накануне визита в Вашингтон саудовского наследника престола принца Мухаммеда бен Салмана.

И здесь важно помнить, что Израиль и Саудовская Аравия были близки к заключению соглашения о нормализации отношений, но война в секторе Газа помешала этому шагу. Собственно, одной из целей ХАМАСа и был срыв присоединения Саудовской Аравии к «Соглашениям Авраама» — договорам о нормализации между Израилем и арабскими странами. Тогда США обещали саудовцам расширение сотрудничества в сфере безопасности взамен на заключение мирного договора с Израилем. Сейчас Эр-Рияд получил почти всё, что хотел, и без этого шага. Но Вашингтон еще надеется добиться региональной интеграции и развития арабо-израильского сотрудничества. А это значит, что прекращение огня в Газе должно стать устойчивым и в целом должны быть подвижки в вопросе создания государства Палестина. В Израиле — за нормализацию с Саудовской Аравией, но всё, что к этому ведет, считают угрозой своей безопасности.

Учитывая всё это, Израилю следовало бы тесно сотрудничать с МСС. Говоря о приоритетах, Эммануэль Навон отмечает: «Во-первых, необходимо сделать демилитаризацию не подлежащей обсуждению и приоритетной. Никаких средств на восстановление до демонтажа каждого туннеля и каждой пусковой установки. Во-вторых, надо настаивать на оперативной координации с МСС на всех уровнях: разведка, пограничный контроль и правила ведения боевых действий. В-третьих, следует увязывать любой прогресс на политическом направлении для палестинцев с четкими и проверяемыми ориентирами. И, наконец, надо оказывать давление на США с целью синхронизации региональной дипломатии: нормализация отношений между Израилем и Саудовской Аравией не должна откладываться до финального этапа. Она должна стать движущей силой, а не наградой за эту новую архитектуру».

Одни в Израиле уверены, что страна должна сделать ставку на нормализацию с Саудовской Аравией и другими игроками в арабском и исламском мире, а прекращение огня должно сохраняться любой ценой. Другие уверены: нынешнее относительное затишье всё равно скоро прекратится и не останется иного варианта, кроме как самим добивать ХАМАС.

В любом случае ситуация остается непредсказуемой. Прекращение огня в секторе Газа действительно может быть сорвано в любой момент. На Западном берегу, где накаляется обстановка, не исключен вариант интифады — нового витка вооруженной борьбы с Израилем. Возможна и новая война с «Хизбаллой».

Всё это накладывается на приближение парламентских выборов в Израиле. До официальной даты голосования осталось меньше года — оно должно состояться в следующем октябре, но не исключено, что пройдет досрочно. То есть за действиями и решениями политиков будет стоять, в первую очередь, желание привлечь избирателей. А это исключает сдержанность в решениях и высказываниях.