Три года назад началась мобилизация

Как всё начиналось?

Мобилизацию объявили в сентябре 2022 года указом Владимира Путина, однако план по ней и, вероятно, ее сроки были засекречены, так как документ был опубликован не полностью, обращает внимание в разговоре с «Новой-Европа» руководитель юридического отдела «Школы призывника» Тимофей Васькин.

Тогда Минобороны стало рассылать повестки конкретным резервистам, то есть тем, кто уже отслужил и стоит на воинском учете в запасе. Как заявил директор правозащитной группы «Гражданин. Армия. Право» Сергей Кривенко в разговоре с «Новой-Европа», сейчас в эту категорию входят мужчины в возрасте до 55 лет. Фактически это всё мужское население за исключением «непризывной» категории «Д».

И уже в ноябре 2022-го Минобороны отчиталось, что выполнило плановое задание: призвали 300 тысяч человек. И с тех пор рассылка повесток именно по мобилизации прекратилась.

— На удивление мобилизация фактически была прекращена. С тех пор не было принято ни одного решения о мобилизации конкретного мужчины. Мы не видели никаких официальных документов об этом. Мы также не видели ни одного свидетельства жертв или родственников, анализ ситуации которых мог бы говорить о мобилизации, — сказал Тимофей Васькин.

Действительно, правозащитники с того времени больше не фиксировали случаев, когда человек получал бы повестку и призывался именно по мобилизации, подтверждает Сергей Кривенко. Но именно тогда началась массовая вербовка людей на фронт: их вызывают в военкомат под разными предлогами: «уточнить данные», «оформить отсрочку», даже по вопросам срочной службы — и там начинают их уговаривать, а часто и принуждать к подписанию контракта.

Как сейчас работает система пополнения российской армии?

Набор в российскую армию, согласно законодательству, идет тремя способами, перечисляет Сергей Кривенко:

• •первый путь — это призыв на срочную военную службу;
• •второй путь — вербовка на контрактную службу, ключевое условие — добровольность; каждый человек, согласно закону, может добровольно заключить контракт и стать военнослужащим по контракту;
• •третий путь — это призыв по мобилизации, он активируется, когда президент объявляет мобилизацию, и граждан призывают в обязательном порядке.

Помимо прочего, есть нерегулярные части, не входящие в официальную структуру Вооруженных сил РФ: ЧВК, ополченцы, добровольческие формирования и батальоны, а также территориальная оборона.

Военнослужащие по призыву (срочники) — это молодежь от 18 до 30 лет, которая еще не проходила военную службу. По закону они не должны направляться на фронт, подчеркивает Кривенко: они служат на территории России. Однако сегодня их крайне активно вербуют в частях, чтобы они заключили контракт, и отправляют на фронт. Кроме того, они же воюют и на территории России, например, в Курской области, гибнут на фронте, в приграничных территориях. Именно для увеличения числа призывников, по словам представителя «Идите лесом» Ивана Чувиляева, повысили призывной возраст, ввели электронные повестки, хотят сделать призыв вечным и пересматривают расписание болезней.

К тому же, как считает Иван Чувиляев, мобилизация в действительности продолжается до сих пор и адаптируется к новым условиям. Он называет это «гибридной формой мобилизации». С ним не согласен Тимофей Васькин. Он считает, что называть происходящее «новой формой мобилизации» было бы некорректно, потому что при ней забирают в армию против воли. Поэтому у родственников мобилизованных есть признаваемое всеми право требовать вернуть мужей, требовать ротации и указывать конкретные сроки службы.

— Это причина, по которой сейчас власти заставляют подписывать контракты. Тем, кто подписал контракт, всегда можно сказать: «Мы вас не заставляли, вы сами подписали». А вот мобилизованных заставили, поэтому и отношение другое, — говорит Васькин.

Самыми уязвимыми группами перед таким видом мобилизации, помимо срочников — главного источника пополнения армии, являются люди с серьезными финансовыми проблемами: это должники, взявшие кредиты и микрозаймы, говорит Иван Чувиляев. Как утверждает эксперт, едва ли не каждый второй контрактник сейчас — это именно такой человек.

Третья группа риска — заключенные в колониях и СИЗО. После того как Евгений Пригожин начал вербовать осужденных в «ЧВК Вагнер» и отправлять их на войну, люди в колониях получили возможность подписывать контракты с Минобороны. Отдельная опасность — подписание контрактов в СИЗО. Еще в сентябре 2024-го Госдума приняла закон, позволяющий подсудимым заключать контракты с Минобороны РФ. Владимир Путин подписал его уже в октябре. Предполагается, что при заключении контракта судебное производство будут приостанавливать. Как говорил адвокат Леонид Соловьев, такая система заключения контрактов существенно меняет уголовную практику.

Чувиляев отмечает: в следственный изолятор может попасть любой человек, и для этого даже не обязательно совершать преступление. А там уже следователь может предложить ему выбор между длительным сроком или контрактом с закрытием дела, добавил собеседник «Новой-Европа».

Еще одна уязвимая группа — мигранты. Их нельзя призвать, но можно заставить подписать контракт, подчеркнул Сергей Кривенко.

— Под предлогом новых поправок, которые позволяют лишить гражданства за непостановку на воинский учет, проводятся настоящие облавы. Их обманывают, угрожают: «Не подпишешь контракт — лишим гражданства, вышлем семью», хотя зачастую это прямое вранье и превышение полномочий. Мигранты становятся легкой добычей, так как плохо знают язык и законы, — говорит эксперт.

Сейчас, по оценке Ивана Чувиляева, власти взялись за усиление призывной кампании, чтобы создать максимальный резерв будущих контрактников, в то время как интерес к должникам, по его наблюдениям, мог снизиться: люди начали понимать, что решать финансовые проблемы таким путем не стоит.

Будет ли новая волна мобилизации?

Сам указ о мобилизации до сих пор не отменен — он просто заморожен, отмечает Сергей Кривенко. По его словам, вторая волна мобилизации может начаться «в любой момент», и, по его оценкам, в запасе находится от 20 до 25 миллионов человек.

— Вербовка людей на фронт показывает, что власть пока боится проводить вторую волну открытой мобилизации. Потери на фронте большие, людей не хватает, но реакция общества в сентябре 2022-го их напугала. Тот исход из страны — около 900 тысяч человек, в основном хороших специалистов, — стал сильным ударом по экономике. Власть боится повторения такого всплеска недовольства, — считает Кривенко.

При этом эксперт отмечает: власть уже активно готовится к мобилизации. Первая ее волна в 2022-м вскрыла проблемы в Минобороны и военкоматах: всё делопроизводство велось на бумаге, данные были устаревшими, призывали без учета здоровья и профессии. Поэтому власти поручили создать единый электронный реестр воинского учета, говорит Кривенко.

— Это огромная и сложная техническая задача — собрать в единую базу данные на 20 миллионов человек от всех госорганов: налоговой, МВД, Минздрава, Росреестра, учебных заведений. Этим летом как раз был всплеск вызовов в военкоматы для «уточнения данных» — это и было массовое внесение информации в эту новую систему, — заявил собеседник «Новой-Европа».

Электронный реестр повесток, как обращали внимание правозащитники из «Идите лесом», начал полноценно работать 10 августа. Тогда житель Тверской области, подлежащий призыву на срочную службу, получил смс и уведомление через «Госуслуги», что его повестка размещена в специальном электронном реестре. Там же были перечислены и все вводимые ограничения, включая запрет на выезд из России. Также совсем недавно, 12 сентября, 28-летний россиянин рассказал, что его не пустили на самолет в Турцию после получения электронной повестки. Правозащитники отмечали, что это один из первых подобных случаев.

Реестр позволит призывать точечно и эффективно, власти будут заранее знать о каждом человеке всё, обращает внимание Кривенко: военную специальность, состояние здоровья, семейное положение, место жительства и работы.

— Это и есть главный признак подготовки. Параллельно меняют законы: подняли призывной возраст, разрешили призывать заключенных, повысили штрафы за неявку в военкомат.

В любой момент, если они решат, что военная необходимость перевешивает риски внутреннего недовольства, они смогут провести мобилизацию — быстро и в нужном им объеме: 200, 300, 400 тысяч человек, — подытожил Кривенко.