Доступное захваченное жилье
Россия сначала разбомбила Мариуполь, а потом решила застроить. Кто и как превращает оккупированный город в «инвестиционный объект»: исследование «Новой-Европа»

В конце января в соцсетях завирусились отрывки из документального фильма о рынке жилья в Мариуполе, который с весны 2022 года находится под контролем России. Фильм под названием «Шок-цены на квартиры в Мариуполе» вышел в ноябре 2023-го на YouTube-канале «Мирные», который делает «военкор» Регина Орехова. Его авторы рассказывают, как выгодно вложиться в недвижимость на берегу Азовского моря и купить в городе «разрушку» и «новостройку».
Правда, позволить себе подобные инвестиции могут в основном не оставшиеся без жилья мариупольцы, а «люди с Большой России», как называют их в фильме местные риелторы. Ставка за квадратный метр в новом жилом фонде начинается от 100 тысяч рублей — это в три раза выше компенсационной ставки, предусмотренной российским государством.
«Новая-Европа» разобралась, как устроен «ипотечный бум» в оккупированном городе, какую роль в нем играют подрядчики Министерства обороны и что вселяет оптимизм в российских «инвесторов», активно покупающих квартиры на месте руин.
Задачу оперативно отстроить разрушенный город ставил Владимир Путин: «Нужно сделать все, чтобы люди не оказались на улице. Такое поручение у правительства есть».
Премьер-министр «ДНР» Виталий Хоценко оценил фронт работ на своей вотчине в 2 трлн рублей.
Дома с компенсационными квартирами строят на окраинах, а центральные участки отдаются коммерческим застройщикам, на что жалуются местные жители.
В первом полугодии 2023 года она равнялась 88,7 тысячам рублей. В 2024 — 97,5 тысячам рублей.
Ее учредитель Андрей Волобуев — бывший сотрудник органов госбезопасности и, до 2022 года, руководитель Финмониторинга по Северо-Кавказскому федеральному округу.
Это комплекс из 8 домов в центре города. Сейчас возводится первый корпус на 108 квартир, больше 80% из которых, судя по данным на сайте, уже проданы.

Endlessly offensive
Could recent military activity in Ukraine’s Zaporizhzhia region signal a fresh Russian advance?
A short history of hate
How Russia’s pro-government media learned to target ‘internal enemies’

Coming home to roost
How veterans of the war in Ukraine are reshaping Russia’s crime statistics

Road from Damascus
Why Moscow is scaling back its presence in Qamishli, a key military facility in northeastern Syria

Heir abhorrent
A multi-car pile up in Grozny has provided rare insight into Chechen warlord Ramzan Kadyrov’s succession plans

Flag fall
Ukraine is looking increasingly like the victor in the battle for Kupyansk

Fresh blood
What Zelensky’s appointment of Ukraine’s former military intelligence head as his chief of staff could signal for the country

Stolen youth
How Russia made young people’s lives worse in 2025

The war across Russia
Drone strikes on Russia’s regions reached record levels this year, with an average of 11 crashing or striking their targets daily


