Армения и Азербайджан заявили, что закончили работу над мирным договором

Действительно, сообщения о том, что договор готов на 80% или 90%, или о том, что уже существует «окончательный» вариант документа, были еще в 2022 и 2023 годах. Например, в октябре 2022 года Никол Пашинян и Ильхам Алиев встретились в Праге и впервые заявили, что признают бывшую административную границу между Армянской и Азербайджанской ССР как государственную. Тогда же они договорились на два месяца разместить вдоль этой границы европейских наблюдателей. Столь малый срок был выбран для того, чтобы в это время подписать мирный договор, то есть до 2023 года.

Потом все ждали мирного договора на рубеже 2023 и 2024 годов. Надежда объяснялась тем, что ликвидация непризнанной Нагорно-Карабахской Республики (НКР) сняла основное противоречие между сторонами — прописывать в мирном договоре права армян на Карабах (на этом настаивал Никол Пашинян) или не прописывать. Позиция Баку в этом вопросе была такой: если говорить о правах армян, то надо говорить и о правах азербайджанцев, изгнанных из Армении в конце 1980-х, — а значит, нужно обеспечить их право на возвращение, что категорически не устраивало Ереван. Исход практически всего армянского населения из Карабаха в сентябре 2023 года снял этот вопрос, но и тогда оптимизм не оправдался.

С конца 2023 года и по начало 2025-го стороны спорили всего о двух из 17 пунктов мирного соглашения. В ноябре 2024 года их обнародовал Фарид Шафиев — председатель правления Центра анализа международных отношений (Air Center), очень близкой к властям Азербайджана экспертной площадки. Однако к двум пунктам (отказ от размещения на границе каких-либо иностранных сил и отказ от подачи исков в международные суды о компенсации ущерба) Баку добавлял два предусловия, без которых мирный договор невозможен: это роспуск Минской группы ОБСЕ, которая занималась урегулированием конфликта с 1994 года, и изменение Конституции Армении.

Конституция Армении смущает Азербайджан тем, что в ее преамбуле упоминается Декларация о независимости страны, в которой, в свою очередь, упоминается Нагорный Карабах. Новая страна в 1990 году провозглашалась, «основываясь на совместном Постановлении Верховного Совета Армянской ССР и Национального Совета Нагорного Карабаха от 1 декабря 1989 года “О воссоединении Армянской ССР и Нагорного Карабаха”, развивая демократические традиции образованной 28 мая 1918 года независимой Республики Армения». В Баку убеждены, что сохранение такой формулировки в основном законе Армении указывает на сохранение претензий на Карабах и в случае смены власти может служить основанием для «восстановления контроля» над утраченной территорией. Однако Верховный суд Армении еще в сентябре 2024 года опубликовал постановление, согласно которому эти слова не имеют законной силы, ведь Армения признала территориальную целостность Азербайджана в международно признанных границах (то есть с Карабахом). Это активно подчеркивал и сам Никол Пашинян.

Что же касается Минской группы ОБСЕ, то она де-факто не действует еще с 2020 года (то есть после Второй Карабахской войны), и в Ереване в 2024 году заявили о готовности ее распустить — но лишь после подписания мирного соглашения.

Перелом произошел в январе 2025 года. Тогда в ответ на очень грозное интервью Ильхама Алиева (в нем он озвучил требования к Армении, которые не звучали никогда ранее, — например, разорвать все существующие контракты на покупку вооружений у Индии и Франции и даже вернуть уже купленные гаубицы и системы ПВО) Пашинян выступил с 12 предложениями по разрядке конфликта. Среди них было и согласие распустить Минскую группу.

Затем, уже в марте, Ереван пошел еще дальше и полностью принял условия Азербайджана по мирному договору. Это можно назвать очень большой, но вынужденной уступкой со стороны Армении: баланс сил таков, что возможное возобновление войны поставит Ереван под большую угрозу.

Почему Армении так не нравился мирный договор? Она хотела разместить на границе с Азербайджаном какие-то иностранные войска?

«Иностранные силы» в понимании Азербайджана в Армении уже есть — это те самые европейские наблюдатели, которых пригласили в 2022 году на два месяца. Но затем Ереван попросил их остаться на два года, а буквально недавно продлил их мандат еще на столько же.

И хотя это даже не военные, а гражданские специалисты (165 иностранцев и 44 местных гражданина), в Баку неоднократно заявляли, что они занимаются шпионажем в пользу Армении. «Под видом так называемых европейских наблюдателей на границе с нами с армянской стороны создана инфраструктура НАТО», — заявлял в интервью Дмитрию Киселеву Ильхам Алиев. В азербайджанской пропаганде также любят публиковать кадры работы европейских наблюдателей, снятые с другой стороны границы. И хотя комментарии к таким видео всегда обвинительные («еврошпионы готовят провокацию и разрабатывают план нападения на Азербайджан»), на самом деле на них нет ничего подозрительного: просто несколько человек выходят из машин и смотрят в бинокль.

Но такая реакция Баку лишь укрепляет уверенность Армении, что она всё делает правильно. Ереван рассчитывает, что, если на границе вновь начнутся бои (как в мае 2021 или сентябре 2022 года), европейцы зафиксируют, что их начал именно Азербайджан. До конца 2022 года Армения в этом вопросе полагалась на Россию и ОДКБ (Организация договора коллективной безопасности), но была разочарована. Даже когда азербайджанские военные, улучшая свои позиции, заняли высоты на суверенной территории Армении, формальные союзники отказались принимать какие-либо меры. Хотя в ОДКБ, как и в НАТО, действует правило: вторжение на территорию одного союзника должно вызывать ответ остальных.

Пока мирный договор не подписан, европейские наблюдатели могут оставаться и выполнять свою работу, тем более что до конца их мандата еще далеко. Это пояснил глава МИД Армении Арарат Мирзоян и добавил: «Когда будет подписан договор, он будет ратифицирован и вступит в силу, это будет означать, что мир утвержден. В этом случае, вероятно, нам следует организовать обсуждение с нашими партнерами из ЕС вокруг того, какие изменения следует внести в мандат, какое иное сотрудничество следует развернуть». При этом Азербайджан совершенно точно не перестанет называть наблюдателей «шпионами» и требовать сворачивания их деятельности как можно раньше.

Что же касается исков в международные суды, то это еще более сложная тема. За более чем 30 лет конфликта стороны нанесли друг другу огромный ущерб: в 80-е и 90-е армяне бежали из Баку, оставляя дома и квартиры, а азербайджанцы — из городов и сел Карабаха, которые затем были просто стерты с лица земли. В сентябре 2023-го армяне покинули Карабах, снова оставив жилье: иногда очень скромное, а иногда и очень хорошие квартиры и свежепостроенных комплексах. Поначалу в Баку утверждали, что право собственности не утрачивается: армяне могут вернуться в свои дома и оформить их по законам Азербайджана. Но сейчас уже ясно, что это не так: квартиры в Ханкенди (бывший Степанакерт) заселяются студентами и преподавателями недавно открытого там университета. А многие дома просто сносятся в рамках масштабной перепланировки города.

Теоретически стороны могли бы компенсировать друг другу этот ущерб, но это требует совершенно невообразимых судебных затрат: нужно выслушать и проверить показания сотен тысяч людей и, самое главное, оценить рыночную стоимость каждого дома и каждой квартиры. Пока есть лишь два встречных иска в ЕСПЧ, посвященных Карабахскому конфликту, — «Чирагов против Армении» и «Саргсян против Азербайджана». Но очевидно, что ЕСПЧ, который и так перегружен и рассматривает каждое дело в течение нескольких лет, не сможет разобрать такое количество заявок. Как, впрочем, и любой другой международный орган.

Тем не менее многие в Армении убеждены, что отказ от исков в международные суды — это неправильно. Это происходит из-за недоверия. Например, Азербайджан может и правда не подавать иски, но потребовать репарации напрямую от Армении. И в Баку не скрывают, что рассматривают такой вариант: уже после новости о согласовании договора помощник президента Хикмет Гаджиев заявил, что «вопрос компенсации Республикой Армения ущерба, нанесенного Азербайджанской Республике за годы оккупации, является предметом обсуждения». А пропагандисты идут еще дальше и говорят, что если у Армении не окажется нужной суммы денег (речь о миллиардах долларов), то долг следует забрать территориями.

Теперь мы можем ожидать подписания согласованного мирного договора? Если да — когда и где это может произойти?

В заявлении армянского МИД по поводу согласования договора есть фраза: «Республика Армения готова начать обсуждения с Азербайджанской Республикой о сроках и месте подписания Соглашения». А вот в заявлении МИД Азербайджана, которое было опубликовано первым, таких слов нет. Как объясняют близкие к власти азербайджанские эксперты, это не случайно: стороны не смогли выступить с единым заявлением именно из-за этой фразы. Это подтверждается другим уточнением в армянском документе: Ереван «предложил опубликовать совместное заявление об утверждении текста проекта мирного соглашения и завершении переговоров по его согласованию», но «официальный Баку предпочел выступить с заявлением в одностороннем порядке».

Причина — в невыполненных предусловиях: Минская группа не распущена, а Конституция Армении не изменена. Азербайджан активно напоминает об этих требования, но и то и другое требует времени. Для решения по Минской группе нужно дождаться встречи глав МИД стран — участниц ОБСЕ (прошлая была в декабре 2024 года на Мальте), на которой совместное предложение Армении и Азербайджана о ликвидации группы должны будут утвердить консенсусным (то есть единогласным) голосованием.

С Конституцией еще сложнее, так как это очень чувствительный внутриполитический вопрос. С одной стороны, Пашинян с самого начала своего правления намекал, что основной закон, доставшийся ему от предшественников (в 2015 году бывший президент Серж Саргсян, по сути, переписал Конституцию под себя, желая остаться во главе страны уже не как президент, а как премьер-министр, к которому перешли все основные полномочия), несовершенен и требует доработки. В Минюсте Армении работает комиссия по разработке новой Конституции, но, как настаивает Пашинян, утвердить ее должны будут на всенародном референдуме.

Проводить его собираются нескоро: только после парламентских выборов в 2026 году. Во всяком случае, так заявил 21 февраля глава правящей фракции «Гражданский договор» Айк Конджорян. И тут возникает самая серьезная опасность: что если оппозиционеры, которые недовольны уступками Пашиняна, в течение ближайшего года устроят масштабные акции протеста, наберут популярность и укрепят свое положение в парламенте? В таком случае даже назначить дату референдума будет проблематично, не говоря уже о том, что нужный результат будет совсем не гарантирован.

Деятельность армянского премьера, согласно последнему опросу Gallup, одобряют лишь 9%, «скорее одобряют» — 15,5%. Но у его оппонентов рейтинг еще меньше. С момента поражения во Второй Карабахской войне оппозиция устраивала множество акций, включая перекрытие ключевой трассы Ереван — Тбилиси. Лидеры протеста менялись: сначала это был бывший министр обороны Вазген Манукян, затем — архиепископ Баграт Галстанян. Сейчас наиболее заметная фигура — сын бывшего президента Роберта Кочаряна Левон — именно он задавал неудобные вопросы главе МИД Арарату Мирзояну, когда тот презентовал решение о согласовании мирного договора депутатам. Рейтинг Левона Кочаряна не измерялся, но у его отца он очень скромный — всего 2%. У блока «Армения», который объединяет оппозиционные силы, — 4,7%, с тенденцией на снижение. Хотя если противники Пашиняна вновь начнут активный протест и сделают Левона его главным медийным лицом, он, конечно, может вырасти.

Поэтому если армянские власти не ускорят изменение Конституции и не назначат референдум уже в этом году, никакого подписания мирного договора в ближайшее время ждать не следует. И даже если они это сделают, то лишь подарят оппозиции лишний повод для возмущения: «Пашинян спешно переписывает Конституцию под диктовку Азербайджана». Последствия такого шага предсказать трудно, но они совершенно точно расшатают позиции властей. И, что особенно опасно, свою роль во внутренней политике Армении будет играть Азербайджан. Будут ли азербайджанские СМИ хвалить Пашиняна за сговорчивость или, наоборот, указывать, что Армения готовит военный реванш, — всё это будет использовано той или иной политической силой.

Как на согласование мирного договора реагируют в Азербайджане?

Баку привык посылать сигналы через СМИ — практически все они полностью подконтрольны властям, и усиление либо ослабление грозной риторики происходит по указке сверху.

Ни до, ни после объявления о согласовании мирного договора ни о какой разрядке не было и речи, буквально за несколько дней до этого пропагандистское издание Caliber.az сообщило: «От заслуживающих доверия источников поступает информация о том, что Ереван планирует развязать войну в апреле».

Ильхам Алиев, выступая на Глобальном форуме в Баку практически одновременно с объявлением о согласовании мирного договора (то есть он уже на тот момент точно знал о готовности документа), заявил: «Уровень доверия к Армении близок к нулю. Поэтому мы не доверяем ни одному из их слов. Потому что это не те люди, которым мы можем доверять, включая сегодняшнее правительство. — И добавил: — А то, что они наращивают военный потенциал, о чем это свидетельствует? Это показывает, что они готовятся к новой войне».

А что с «Зангезурским коридором», который Азербайджан требует от Армении? Он входит в мирный договор?

Нет, этот пункт (о том, что из основной части Азербайджана в Нахичевань должна быть построена дорога, которой будет пользоваться только Азербайджан, и без всякого пограничного контроля) был вынесен из мирного договора еще в августе 2024 года. И это правда помогло, так как договориться по этому пункту у сторон не было совершенно никаких шансов. К тому же в этот вопрос вовлечена Россия: хотя и у Армении, и у Азербайджана отношения с ней на сегодняшний день ухудшились (у Армении — из-за невыполнения союзнических обязательств, а у Азербайджана — из-за сбитого самолета авиакомпании AZAL), формально разблокировкой коммуникаций между странами должна заниматься трехсторонняя комиссия с участием российского вице-премьера. Разорвать этот формат ни Армения, ни Азербайджан пока не решаются.

При этом отсутствие «Зангезурского коридора» в мирном договоре вовсе не означает, что Азербайджан перестанет напоминать о нем. По сути, это просто еще один элемент давления на Ереван.