Министр обороны Шойгу позвонил нескольким своим иностранным коллегам и пытался убедить их в том, что Украина якобы собирается применить ядерную бомбу и обвинить в этом Россию. Мы поговорили с экспертом о правдоподобности этих заявлений и опасности, которая может грозить миру от такого рода оружия.

— Что такое «грязная бомба», чем она опасна и изготавливал ли кто-либо такую штуку?

Борис Жуйков
Борис Жуйков
российский учёный, доктор химических наук, заведующий Радиоизотопным комплексом в Институте ядерных исследований

— Так называемая «грязная бомба» (радиологическое оружие) — это вещь, давно всем известная. Ее разработками занимались в разных странах, в том числе в Советском Союзе в пятидесятые годы. И потом в пятидесятые же годы все эти работы были свернуты. До этого были не только разработки, но и испытания. В частности, это известно, в интернете есть, проводились испытания недалеко от Санкт-Петербурга, на одном из островов Ладожского озера, там до сих пор какая-то активность осталась, и Аварийно-технический центр Росатома с этими последствиями испытаний до сих пор разбирается.

В принципе, это вещь очень простая. Это любой радиоактивный изотоп достаточно высокой активности в контейнере, снабженный обычной взрывчаткой. При взрыве радиоактивность будет рассеяна, разбросана по какой-то территории и окажет поражающее воздействие на человека.

Это направление прекратили разрабатывать потому, что данная вещь для военного применения малоэффективна.

Но ранее такая возможность рассматривалась как гораздо более дешевый и доступный вариант, чем полноценная ядерная бомба.

Для такого оружия больше всего подходят недорогие и относительно долгоживущие радиоактивные изотопы, испускающие гамма-кванты достаточно высоких энергий, например, кобальт-60 (период полураспада 5,3 года), цезий-137 (период полураспада 30 лет), а также другие самые разнообразные радионуклиды или же смесь различных изотопов из отработанного ядерного топлива. Последнее наиболее просто, но не очень хорошо по разным причинам, в том числе потому, что здесь труднее потом дезактивировать и регенерировать местность, а также в этом случае легче определить происхождение радиоактивного материала.

Жизнь без цензуры
В России введена военная цензура. Но ложь не победит, если у нас есть антидот — правда. Создание антидота требует ресурсов. Делайте «Новую-Европа» вместе с нами! Поддержите наше общее дело.
Поддержать
Нажимая «Поддержать», вы принимаете условия совершения перевода
Apple Pay / Google Pay
⟶ Другие способы поддержать нас

Как правило, воздействие такой бомбы рассчитано в основном на проникающее гамма-излучение, на внешнее облучение, которое действует на расстоянии. А то, что попадет внутрь человека, — это только очень маленькая часть активности. Основная активность от взрыва одной «грязной бомбы» разбрасывается на расстояние нескольких десятков метров, может быть, сотен метров. На большем расстоянии какая-то активность, конечно, будет, особенно если она разнесена ветром, но сравнительно небольшая.

Эффективность применения «грязной бомбы» в военных целях крайне низка, потому что достаточно военнослужащим надеть противогазы или даже респираторы, и внутрь организма почти ничего не попадет, что было бы наиболее опасно.

А внешнее облучение, уровень дозы, которая будет определяться временем нахождения на пораженной территории, может контролироваться с помощью простейшего дозиметра.

В связи с этим в военных целях ее нет особого смысла использовать. В последние годы про такую «грязную бомбу» говорят в основном в плане ее использования террористами, если они, допустим, такую бомбу взорвут в метро или внутри какого-нибудь корабля, который быстро не покинуть. Но всё равно это менее эффективно, чем обычная взрывчатка. Кроме того, обсуждается психологическое воздействие на население.

Воздействие психологического характера может оказаться весьма значительным. Радиофобия распространена практически во всех странах мира, и поэтому даже небольшое превышение радиоактивного фона может здорово испугать людей, возможна паника и все сопутствующие ей проблемы.

Если же использовать «грязную бомбу» для провокации — это весьма сомнительная затея, потому что в любом радиоактивном продукте есть примеси разных других радионуклидов, а также примеси стабильных элементов, и по их содержанию можно определить происхождение.

Ядерный взрыв. Последствия
читайте также

Ядерный взрыв. Последствия

9 вопросов физику-ядерщику в подкасте «Что нового?»

Интересно, что на одном российском сайте уже написали, что никто, собственно, не отрицает, что активность от украинской «грязной бомбы» может быть российского происхождения и что Украина каким-то образом могла получить радиоактивные отходы или отработавшее ядерное топливо российского происхождения. Но Россия не отправляет отработавшее ядерное топливо и отходы в Украину. Так что эта гипотеза представляется совершенно фантастической.

Таким образом, получается, что использовать «грязную бомбу» ни в военных целях, ни для провокации особого смысла нет несмотря на то, что достать радиоактивные вещества для ее создания не представляет особой сложности. Такие изотопы, как кобальт-60, цезий-137, — это вполне доступные радионуклиды практически в любой стране. Они широко используются в промышленности, например, для дефектоскопии и для стерилизации различных продуктов, а также в медицине — как «гамма-нож» в хирургии и для терапии некоторых онкологических заболеваний. При этом радиоактивность внутрь человека не попадает.

Да, подобные вещи достаточно распространены, но каждая единица, каждый экземпляр такого оборудования находится под жестким контролем национальных органов, и МАГАТЭ эту систему также контролирует. Так что использовать их в военных целях или для провокации нерационально.

«Ядерный удар имеет смысл, только если Путину осталось жить несколько месяцев»
читайте также

«Ядерный удар имеет смысл, только если Путину осталось жить несколько месяцев»

Разговор экономистов Максима Миронова и Георгия Егорова о ядерной войне и теории игр

— Правильно ли мы понимаем, что до сих пор никто никогда в реальности эти бомбы не применял? Или же у нас просто нет таких данных?

— Я, по крайней мере, о реальных случаях целенаправленного применения в каких-то боевых или террористических целях не слышал. То, что такие вещи разрабатывали и много лет назад испытывали, это общеизвестно. Вообще же, радиоактивные изотопы для поражения отдельных людей использовали: подкладывали радиоактивность под офисное кресло, вводили внутрь человека, такие были сообщения. Ну а в качестве бомбы, которая взорвется и разбросает радиоактивность для поражения многих людей, — это просто никому не нужно сейчас. Единственное, для чего такая вещь может сгодиться, — это породить панику, скандал на весь мир.

Но в качестве провокации, как я уже говорил, этого делать смысла нет. Если, например, использовать в качестве начинки отработанное ядерное топливо, то по соотношению изотопов его происхождение можно определить достаточно уверенно. Что касается, например, кобальта-60 или цезия-137, это сделать сложнее, но тоже возможно. Для этого нужна специальная аппаратура, просто по гамма-спектрометрии этого может оказаться недостаточно. Чтобы разглядеть примеси, например, в кобальте-60, потребуется специальный масс-сепаратор, где различные изотопы можно разделить и измерить их количество и таким образом определить происхождение. Кажется, около 60% кобальта в мире производится в России, и Россия экспортировала и экспортирует этот продукт. Можно будет определить, российского он происхождения или не российского, из какой партии и куда был поставлен.

Такая же ситуация с цезием-137. Там есть примесь цезия-134 (период полураспада — два года), и по его содержанию тоже можно будет проследить происхождение радиоактивного материала. То есть если кто-то собирается использовать эту «грязную бомбу» в качестве провокации, это совершенно дурная затея, только себе хуже сделают.

Поделиться
Темы
Больше сюжетов
«Наши разногласия — не с российским народом, а с Путиным»

«Наши разногласия — не с российским народом, а с Путиным»

Министр Великобритании по делам Европы — о войне, гибридных угрозах и будущем отношений с Россией. Интервью «Новой-Европа»

«Американские зрители считают, что это фильм про них»

«Американские зрители считают, что это фильм про них»

Режиссер Джулия Локтев о своем фильме «Мои нежелательные друзья — Последний воздух в Москве» о журналистках-«иноагентах» и номинации «Оскар»

«В акциях участвуют и те, на кого режим вчера опирался»

«В акциях участвуют и те, на кого режим вчера опирался»

Востоковед Руслан Сулейманов — о протестах в Иране, слабых местах власти и шансах оппозиции на перемены

«Аятоллы платят иранцам в месяц по семь долларов, а боевикам “Хизбаллы” — по 1800. И вы хотите, чтобы не было революции?»

«Аятоллы платят иранцам в месяц по семь долларов, а боевикам “Хизбаллы” — по 1800. И вы хотите, чтобы не было революции?»

Отдадут ли аятоллы власть в Иране. Объясняет востоковед Михаил Бородкин

«Спасибо людям, которые решили думать иначе»

«Спасибо людям, которые решили думать иначе»

«Новая-Европа»поговорила с журналисткой Еленой Костюченко и ее женой Яной Кучиной, которая помогает людям с ДЦП

«Когда все диктаторы сдохнут»

«Когда все диктаторы сдохнут»

Автор «Масяни» Олег Куваев — о том, как мы будем работать и жить с нейросетями в будущем

«Мы за Путина, только он может закончить войну»

«Мы за Путина, только он может закончить войну»

Что думают россияне об «СВО» на четвертый год войны? Объясняет социолог Олег Журавлев

«Той Европы больше нет, она не вернется»

«Той Европы больше нет, она не вернется»

Алекс Юсупов — о том, каким стал Евросоюз и как ему дальше жить на одном континенте с Россией

«У спецслужб есть удивительные конспирологические идеи»

«У спецслужб есть удивительные конспирологические идеи»

Физик Андрей Цатурян — об обязательном согласовании контактов с иностранными учеными в ФСБ