Историк, краевед и музыкант из Кременчуга Барух Бавли седьмой год живет в Умани с женой Адель-Милой. Здесь пара управляет кафетерием, пекарней и небольшим магазином под названием «Штетл». В этом году, по данным Union Breslev of Uman, небольшой город Черкасской области, где похоронен цадик Нахман, принял 40 000 паломников. Главным образом из Израиля, США и Канады, а также из ЮАР, Австралии и других стран. Мы поговорили с Барухом о паломничестве этого 2023 военного года — как оно прошло и что изменилось по сравнению с предыдущими временами.

— Реб Барух, в мирное время число паломников обычно достигало 30 000. Но в разгар жестокой войны, на фоне постоянных обстрелов украинских городов их поток не уменьшился, а наоборот. Чем вы это объясняете?

— Израильтяне (а их большинство) войны не боятся, привыкли. В убежища при объявлении воздушной тревоги никто не спускается, комендантский час игнорируется как туристами, так и местным населением.

Но дело, разумеется, не только и не столько в этом. Просто разжигающие войны диктатуры не вечны. Вечен только Б-г, и гости Умани хорошо понимают, кто настоящий Хозяин мира. Раби Нахман много говорил о Машиахе и мессианской эре, наступлению которой предшествуют суровые испытания. Когда однажды хасиды стали жаловаться цадику, мол, всё вокруг меняется к худшему, Нахман вскричал: «Ничего подобного! Раньше Творец управлял этим миром прекрасно, а сейчас он это делает превосходно».

Просто мы это не всегда осознаем. А «безрассудство» паломников среди прочего объясняет ставшая знаменитой фраза Раби: «Мир — узкий мост. Но главное — не бояться!»

— Как посетители вашего кафе отзываются о войне, развязанной против Украины?

— В основном хлестко, на всех языках ругают Путина. Тут и иврит, и идиш, и распространенные в Израиле арабские ругательства, и традиционное «х…ло». Среди паломников много искренних друзей Украины. Например, министр по делам пенсионеров и гендерного развития меньшинств государства Израиль Гила Гамлиэль не первый год приезжает в Умань с дочерью. Некоторые визитеры даже донатят на ВСУ.

Я уж не говорю об украинских евреях, для которых это личная история. Мой отец жил в Ново-Богдановке, оказавшейся на какое-то время в оккупации. Россияне отобрали у него телефон, вынесли часть вещей из дома, выбили двери, взломали гараж. Мы с женой и командой «Штетл» с первых дней войны помогали беженцам, кормили переселенцев, отправляли помощь территориальной обороне.

— Небо над Украиной закрыто. Как добирались до Умани заморские (в прямом смысле слова) гости? 

— Летели до Варшавы, Бухареста или Кишинева, иные даже до Тбилиси. Из Европы на поездах добирались. Автобусы на молдавско-украинской границе иногда простаивали по 12 часов… Хотели было пустить прямой поезд Кишинев — Умань, но железнодорожные пути и местный вокзал, мягко говоря, оставляют желать лучшего.

— В Умани живут 80 000 человек. За несколько дней население увеличивается в полтора раза. Инфраструктура справляется?

— В этом году больше порядка, во многом благодаря созданию организационного совета. Наконец-то в районе паломничества заасфальтировали дороги, наладили автономное водоснабжение.

Теперь в туалетах и миквах (ритуальных бассейнах. — Прим. ред.) перестали отключать воду. Правда, накануне Рош а-Шана (еврейский Новый год, в 2023 году он выпал на 16–17 сентября. — Прим. ред.) были перебои с электричеством, в одной из квартир произошло возгорание. Конечно, как и в прошлые годы, не обошлось без гор мусора, но их оперативно убирали.

— Изменилось ли отношение уманчан к гостям города? 

— Открытой агрессии стало меньше — в конце концов, местное население неплохо зарабатывает за эту неделю. Новая городская власть во главе с Ириной Плетневой работает с горожанами, объясняя, что евреи здесь жили всегда, «испокон веку». Проходят выставки (например, «Зарисовки еврейской Умани»), встречи, лекции об украинско-еврейских отношениях.

Канадская организация UJE провела недавно в местном художественном музее экспозицию, посвященную истории украинско-еврейских отношений. К этому событию была издана специальная брошюра, которую раздавали посетителям музея. В уманской арт-галерее частенько звучат еврейские мелодии, еврейский джаз.

Разумеется, проблемы остаются. Уже после праздника какой-то тип в военной форме избил паломника, идет следствие. Хотя интернет обошло и фото, на котором паломник обнимает бойца ВСУ. Так или иначе, в новогодние дни на улицах было много полиции, приезжали и израильские силовики, в основном для консультаций.

С другой стороны, меняется и контингент паломников. Много молодежи, просто ищущей развлечений. Перед Рош а-Шана задержали израильтянина с белым порошком. Старых убежденных хасидов, увы, остается всё меньше, и многие боятся, что, когда это поколение уйдет, начнется полный раздрай.

Война изменила многое и многих. Но позитивное сознание — основа всякого благого начинания. «Думай хорошо — будет хорошо», — это ведь тоже цадик Нахман. Мысль о добре — начало возрождения и созидания. Тьма побеждается крохотным огоньком.

Поделиться
Больше сюжетов
«Наши разногласия — не с российским народом, а с Путиным»

«Наши разногласия — не с российским народом, а с Путиным»

Министр Великобритании по делам Европы — о войне, гибридных угрозах и будущем отношений с Россией. Интервью «Новой-Европа»

«Американские зрители считают, что это фильм про них»

«Американские зрители считают, что это фильм про них»

Режиссер Джулия Локтев о своем фильме «Мои нежелательные друзья — Последний воздух в Москве» о журналистках-«иноагентах» и номинации «Оскар»

«В акциях участвуют и те, на кого режим вчера опирался»

«В акциях участвуют и те, на кого режим вчера опирался»

Востоковед Руслан Сулейманов — о протестах в Иране, слабых местах власти и шансах оппозиции на перемены

«Аятоллы платят иранцам в месяц по семь долларов, а боевикам “Хизбаллы” — по 1800. И вы хотите, чтобы не было революции?»

«Аятоллы платят иранцам в месяц по семь долларов, а боевикам “Хизбаллы” — по 1800. И вы хотите, чтобы не было революции?»

Отдадут ли аятоллы власть в Иране. Объясняет востоковед Михаил Бородкин

«Спасибо людям, которые решили думать иначе»

«Спасибо людям, которые решили думать иначе»

«Новая-Европа»поговорила с журналисткой Еленой Костюченко и ее женой Яной Кучиной, которая помогает людям с ДЦП

«Когда все диктаторы сдохнут»

«Когда все диктаторы сдохнут»

Автор «Масяни» Олег Куваев — о том, как мы будем работать и жить с нейросетями в будущем

«Мы за Путина, только он может закончить войну»

«Мы за Путина, только он может закончить войну»

Что думают россияне об «СВО» на четвертый год войны? Объясняет социолог Олег Журавлев

«Той Европы больше нет, она не вернется»

«Той Европы больше нет, она не вернется»

Алекс Юсупов — о том, каким стал Евросоюз и как ему дальше жить на одном континенте с Россией

«У спецслужб есть удивительные конспирологические идеи»

«У спецслужб есть удивительные конспирологические идеи»

Физик Андрей Цатурян — об обязательном согласовании контактов с иностранными учеными в ФСБ